Вера Прохорова. Часть 2. Борис Пастернак

 

 

|  10 февраля 2013  | 

 

В день рождения Бориса Леонидовича Пастернака (10.02.1890–30.05.1960), мы рады представить воспоминания Веры Ивановны Прохоровой о великом поэте. Она бывала в доме Пастернаков вместе с Генрихом Густавовичем Нейгаузом — мужем ее родной тети Милицы Нейгауз.

События, о которых вспоминает Вера Ивановна, происходили в 1958–1960 годах — в разгар травли Пастернака. Руководили этой кампанией члены президиума ЦК КПСС Екатерина Фурцева и Михаил Суслов, непосредственное участие принимал в этом деле председатель КГБ Александр Шелепин, о котором упоминает Вера Ивановна.

Вера Ивановна рассказывает о дне рождения жены Пастернака — Зинаиды Пастернак (1894–1964). Большинство друзей, которые были туда приглашены, под разными предлогами отказались от визита. «Это был такой порыв общества, позорный порыв», — говорит Прохорова. Сам Пастернак очень тяжело переживал эту ситуацию, ведь общественное признание имело для него большое значение.

В своих воспоминаниях Вера Ивановна Прохорова касается нескольких неоднозначных эпизодов в биографиях своих друзей. Именно таков разговор Сталина и Бориса Пастернака о судьбе Осипа Мандельштама, произошедший в 1934 году, после того, как Пастернак через Николая Бухарина хлопотал о Мандельштаме, который был брошен в тюрьму. Как и все близко знавшие Пастернака, Прохорова настаивает на том, что он держался во время этого разговора очень достойно, как говорила Анна Ахматова — «на твердую четверку». Надежда Мандельштам упоминает о том, что в конце разговора Пастернак предложил Сталину встретиться и обсудить вопросы «жизни и смерти», о которых поэт давно хотел поговорить. Именно эта реплика вызывала возмущение Веры Ивановны. Сейчас трудно сказать, были ли произнесены эти слова на самом деле. В любом случае, сама Надежда Мандельштам не считала, что Пастернак сообщил Сталину что-то неподобающее. Она лишь настаивала, что изначальная идея Сталина была в том, чтобы привлечь внимание к собственной персоне «великого чудотворца» и заставить всех забыть об опальном поэте. Но свидетельство Прохоровой все равно важно, так как многие современники поэта, в частности Виктор Шкловский, считали, что Пастернак мог бы спасти Мандельштама, но не сделал этого.

Так же важны для понимания Пастернака и рассказы Веры Ивановны о том, как он бесстрашно общался с осужденными друзьями и помогал им (в частности — Ариадне Эфрон и Варламу Шаламову). Равно как и воспоминания об отношении поэта к простым людям, которых он регулярно поддерживал в течение многих лет.

В фильме использованы фрагменты документальных съемок 1958 года из «Исторических хроник» Николя Сванидзе (РТР).




     

     

     


    Комментарии