Ной, Авраам, Моисей

Корах (Числа 16:1 - 18:32)

Для начала поговорим о праведности Ноя, благодаря которой он удостоился вместе со своей семьей спасения от потопа и положил начало послепотопному человечеству. Еврейская комментаторская традиция рассматривает праведность Ноя как относительную: одно дело, если сравнивать с нравственными стандартами обречённого волнам поколения, – иное дело, если с праведностью Авраама. Вот, например, комментарий седьмого Любавичского Ребе:

"Б-г сказал Ною, что мир будет уничтожен. Ной спросил, что он должен делать. Б-г велел ему построить ковчег, чтобы он мог спасти свою семью и животных всех видов. После потопа Ной посмотрел на разрушенный, пустой мир и разрыдался.
- Милостивый Творец, - спрашивал он, продолжая рыдать, как Ты мог поступить так со Своим творением?
- Теперь ты плачешь? - спросил его Б-г. - Теперь ты жалуешься? Глупый пастух! Где были твои жалобы, когда я впервые заговорил с тобой об этом? Сказал бы тогда, и мы спасли бы мир...
Когда Б-г сказал Аврааму, что хочет уничтожить Содом и Гоморру, города развращенные и прогнившие насквозь, он возразил:
- Может быть, там есть праведники! Неужели Судья всей земли будет несправедлив?
Авраам чувствовал себя ответственным за мир, в котором жил. Если происходит что-то неправильное, это нужно изменить. Даже если это декрет, выражающий волю Б-га".


Моисей – праведник типа Авраама. В разных ситуациях он обращается ко Всевышнему, умоляя смягчить приговор, вынесенный народу, и Всевышний меняет Свое определение. Создается впечатление, что Богу нравятся возражения Моисея, как нравились некогда возражения Авраама. Что Он намеренно предлагает Своим избранникам ситуации, когда они не только могут, но и должны проявить несогласие. Что Он намеренно испытывает их жесткостью своих приговоров.

В таком случае мог ли Авраам отказаться принести в жертву Исаака?
Безо всякого желания Моисей был поставлен вождем народа, но, став им, уже не отделяет себя от него и готов защищать его от гнева своего всемогущего и требовательного патрона. И когда в ответ на моление о прощении раздается: "Простил Я по слову твоему" (14:20), – это решение Всевышнего наполнено не только милосердием, но и удовлетворением. Оказывается, бывают моменты, когда не только Моисей действует по слову Господню, но Господь по слову Моисея.

В прошлом недельном разделе появился сюжет, структурно идентичный рассказу о Ное. Разница в том, что тогда Бог решил уничтожить мир, а на сей раз - только еврейский народ. В лице Ноя Бог намерен восстановить человечество (что Он и делает), в лице Моисея – создать новый избранный народ. Ной послушно принимает определение свыше, а Моисей делает все, чтобы это определение не реализовалось, и ему это удается.

Как связано все это с разделом Корах? Раздел начинается словами:
"И отделился Корах, сын Ицгара, сын Кегата, сын Леви <...>" Корах, родословие коего приводится во главе "вождей общества", "людей именитых" (16:2), возглавляет попытку переворота, направленного против Моисея и Аарона. Корах – двоюродный брат Моисея и Аарона. Отец Кораха, Ицгар, – брат их отца, причем брат второй по старшинству (Шмот (Исход) 6:18). Родословие подчеркивает знатность вождя восставших. Восставшие требуют перераспределения власти. В рамках нашего разговора содержание их аргументов не имеет значения, хотя нелишне все же упомянуть, что комментаторы рассматривают обвинения в адрес Моисея не как демагогическое прикрытие властолюбия, а как добросовестное заблуждение.

Итак, Корах во главе людей именитых приступает к Моисею и выдвигает свои требования. "И услышал Моисей и пал на лице свое" (16:4). Пал вовсе не оттого, что испугался Кораха, – напротив, Моисей испугался за Кораха, и у Моисея были для этого все основания.

Каково кардинальное отличие мира Торы от мира, в котором мы сейчас живем? Само собой, я имею в виду не водородную бомбу, Интернет, мобильники и кока-колу. Мир Торы – это мир, где присутствие Бога явлено с неимоверной силой. Здесь нет проблемы «верить или не верить», нет вопроса, где Бог, почему Он не обнаруживает Себя? Постоянное присутствие Всевышнего, очевидное всем и определяющее судьбу еврейского народа, помимо всего прочего, обладает одной очень важной особенностью: оно крайне опасно. И Моисей, человек, максимально приближенный к Богу, сознает это куда лучше своих ведомых.

Древняя притча рассказывает о провинившемся царском сыне. Вельможа, близкий царю, ходатайствует за него. Царь прощает сына. Так повторяется и два, и три раза. На четвертый раз вельможа уже боится обращаться к царю со своим ходатайством.

Моисей явно почувствовал, что исчерпал лимит своих заступничеств; только что он спас народ от гнева Всевышнего (14:11,12), и теперь вновь просить уже никак невозможно. Он понимает, что произойдет нечто страшное, и пытается отодвинуть развязку и разрешить конфликт собственными силами. "И обратился к Кораху и сообщникам его, говоря: "Завтра утром Господь известит, кто Его и кто свят" (16:5). Почему завтра, почему не тотчас? Неужели Богу необходимо поразмыслить, чтобы принять решение? Моисей выигрывает таким образом время: может, до завтрашнего дня Корах одумается.

Отсрочка не дает результата – Корах упорствует и увлекает за собой весь народ. "И сказал Господь, обратившись к Моисею и Аарону: "Отделитесь от общины этой, и Я уничтожу их вмиг"(16:20). Но Моисей и его брат не хотят отделяться от общины, они не выполняют прямого распоряжения Всевышнего – они не идут по пути Ноя. "И пали они на лица свои, и сказали: "Боже, Боже духов всех людей! Один человек согрешил, а на всю общину гневаешься?!" И Бог (в который раз!) отменяет свой приговор.

Корах и те, кто с ним, погибают: земля поглощает их. Народ в ужасе. Но на следующий день, придя в себя, "возроптала вся община сынов Израиля на Моисея и Аарона, говоря: "Вы умертвили народ Господень" (17:6).

Едва ли не главная проблема отношений Моисея и народа – взаимное непонимание. Они интерпретируют одни и те же события совершенно по-разному и делают из них несовпадающие, а зачастую и прямо противоположные выводы. Народ (и как целое, и в лице отдельных, в том числе и самых близких, людей) приписывает Моисею намерения, абсолютно ему чуждые, вменяет ему в вину действия, которые он не совершал. С другой стороны, Моисей не понимает этих людей, у него голова устроена по-другому, их мотивы для него закрыты, их поведение непонятно.

Если бы в пустыне были проведены демократические выборы, Моисей бы их проиграл. Он не был одним из них, он не выражал их интересы, как они сами их понимали. Он не умел и не хотел ими манипулировать: для манипулирования необходимо понимание и цинизм – у него не было ни понимания, ни цинизма. Моисей смотрит на мир с точки зрения, усвоенной им от Всевышнего. Но нормальным людям смотреть на мир таким образом затруднительно.

Люди упрекают Моисея, что он "умертвил народ Господень", то есть он и против народа, и против Господа. Нет никаких оснований считать это обвинение демагогическим: люди говорят то, что действительно думают. Но все здесь неправда. Умертвил не Моисей, а Всевышний – Моисей пытался спасти, и спас почти всех. Но объяснить это невозможно.

И опять повторяется та же ситуация: Бог не хочет иметь дела с такими людьми, и опять Моисей (и Аарон с ним) спасают – без всякой надежды на понимание и благодарность.



Ещё про Всевышнего, Ноя, Авраама и Моисея:

Помните ли вы десять заповедей?
Читая Бунина
Хаим и хлопцы
Психоанализ до Фрейда
Избрание Авраама
Обезьяну, попугая - вот компания какая!


     

     

     


    Комментарии