Хаим и хлопцы

Ки тиса (Исход 30:11-34:35)

«И обратился Господь к Моисею с такими словами: «Когда ты будешь проводить всеобщий подсчет сынов Израиля...» – так начинается этот недельный раздел. Громоздкая конструкция «когда ты будешь проводить всеобщий подсчет» соответствует краткому «ки тиса» в оригинале. Раздел «Ки тиса» богат драматическими событиями: дарование Всевышним скрижалей Моисею, золотой телец, разбиение скрижалей, наведение порядка мечами Моисея и левитов, новое восхождение на Синай и дарование новых скрижалей.
Но пока ничего еще не предвещает скорых потрясений. Бог продолжает инструктировать Моисея по поводу обустройства святилища – тема, переходящая из раздела в раздел. Завершается она неожиданным поворотом:

«Скажи сынам Израиля: "Но субботы мои храните, ибо это знак между Мною и вами на все поколения ваши, что бы знали, что Я - Господь, освещающий вас. И будете вы хранить субботу потому, что она для вас святыня <...> Шесть дней будет делаться работа, а в седьмой день суббота, день абсолютного покоя, святыня для Бога <...> И будут хранить субботу сыны Израиля, отделяя день субботний во всех поколениях своих – это вечный завет, вечный знак между Мною и сынами Израиля, что шесть дней творил Бог небеса и землю, а в седьмой день прекратил и обратился к мирам духовным" (31:13-17)
– очередная редакция четвертой заповеди – заповеди о субботе.

Здесь мы вновь сталкиваемся с принципиальной невозможностью понять текст, исходя из самого текста. Что значит "хранить субботу"? Что означает центральное здесь понятие "работа"? Что имеется в виду под "абсолютным покоем"? Нет ответа. А ведь это не теория - это жизненная практика. Разъяснения в Торе (в Письменной Торе) отсутствуют. Поставленные вопросы обсуждает Устная Тора, основной корпус которой составляет Талмуд. Один из трактатов Талмуда так и называется "Шаббат" - "Суббота".

Всевышний говорил о построении святилища и вдруг заговорил о субботе. Для поэтики Торы характерна резкая смена тем: кончилось одно - начинается другое без каких бы то ни было плавных переходов и тематического перетекания (без церемоний). Тематическое соседство вовсе не обязательно имеет смысловую обусловленность. Поэтому вопрос «Почему именно здесь?» не всегда релевантен. С другой стороны, в еврейской комментаторской традиции существует авторитетное мнение, согласно которому рядоположность всегда обусловлена.

Интересно, что в синодальном переводе союз «но» («Но субботы Мои храните») отсутствует. Значит ли это, что синодальный перевод здесь неточен? Вопрос дискуссионный: в оригинале стоит словцо, которое можно переводить как «но», можно чуть по-другому, а можно и вообще никак не переводить – у каждого решения свои резоны. Наличие или отсутствие «но» позволяет акцентировать разные интерпретационные возможности. «Но» – оператор оппозиции. Но если есть оппозиция, значит, существует тематическое единство.

Частный смысл повеления о субботе именно в этой точке Торы в рамках еврейской комментаторской традиции таков: Скинию надо построить как можно скорее, используя для этого все наличные материальные и человеческие ресурсы, но благочестивому энтузиазму должен быть положен предел – святое дело в субботниках не нуждается. Существует иерархия приоритетов: соблюдение субботы важнее. Разумеется, есть ситуации, когда нарушить субботу не только не возбраняется, но прямо предписывается, однако для этого надо иметь очень серьезные основания, например, когда речь идет о спасении человеческой жизни.
Таков чисто прагматический резон соседства субботы со Скинией. Но здесь можно увидеть причину и более общего свойства. В Скинии обустраивается место для Всевышнего в пространстве, в субботе – во времени. Скиния (Храм) и суббота взаимодополняют друг друга, составляют вместе пространственно-временное единство, посвященное Богу.

Повеления о Скинии и субботе порождают естественные вопросы. Разве мир вне Скинии и субботы не принадлежит Всевышнему? Разве не Он его создал? Разве не все пространство и время – Его? Но если так, то в таком случае святилище и суббота как бы ограничивают пребывание Бога в мире.
Мидраш приводит диалог Всевышнего с Моисеем, который задает недоуменные вопросы как раз по этому поводу.

«Когда сказал Всевышний Моисею: ”И пусть сделают Мне святилище, и буду обитать в среде их” (Шмот 25:8), отвечал Моисей: ”Кто может построить Ему святилище, дабы Он поселился в нём? Ведь сказано: “И небо, и земля полны Мною” (Иер 23:24). И ещё сказано: “Небо - престол Мой, а земля – подножие ног Моих. Что это за дом, который вы можете построить Мне и где место покоя Моего?” (Ис 66:1). Отвечал Всевышний: “Не по Моим возможностям прошу, а по вашим”» (Бемидбар рабба 12:2).

Этот маленький диалог интересен сразу в нескольких отношениях. В оригинале кавычки и ссылки на источники отсутствуют: текст ориентирован на читателя не только легко идентифицирующего незакавыченные цитаты, но и умеющего поставить их в правильный контекст – книжная культура, равно характерная как для литературы талмудического круга, так и для постмодернизма.

Любопытно, что в своем недоумении Моисей как бы ловит своего собеседника на противоречии. Не менее любопытно, что в своих аргументах он ссылается на слова Всевышнего, обращенные к пророкам, – то есть к тем, кто будет жить после Моисея: благодаря своему пророческому дару Моисей извлекает из вечности слова, которые в его время еще не прозвучали. И, наконец, достойно внимания, что Всевышний в этом мидраше не повелевает, а просит.

Итак, время и пространство принадлежат Богу. Он не только в Скинии – Он везде, Его день не только суббота, но и все прочие дни, от воскресенья до пятницы. Проблема, однако, в том, что Всевышний, вступая в союз с еврейским народом, хочет, чтобы люди сами пригласили Его в мир (в свое пространство и в свое время) и достойно, и любовно приняли. Чтобы они сделали это по своей доброй воле и при этом хотя бы немного потрудились. Скиния (а затем и Храм) и суббота – место и время особых с Ним отношений: место и время встреч лицом к Лицу. Скиния и суббота репрезентуют пространство-время, как бы возвращаемое людьми Создателю мира.

Есть такая старая байка. Возле дома Хаима крестьянская телега в грязи завязла. Приходят хлопцы к Хаиму и говорят:
- Пособи.
- Я бы со всей душой, да не могу: суббота.
- Хаим, ты не не можешь - ты не хочешь.

Это филологический анекдот: ведь в нем ставится проблема модальности. Это комплиментарный анекдот: ведь в нем говорится о еврейском сердце, бьющемся в унисон с заповедями. Это исторический анекдот: поди найди сейчас такого Хаима. Впрочем, если поискать, то найти вполне можно и сегодня. Однако же во времена, к которым относится этот анекдот, искать не надо было: такой Хаим жил в каждом местечковом доме.

«Ки тиса» начинается с подсчета сынов Израиля, во время которого каждый должен вручить Моисею полшекеля на строительство Скинии (30:13-16). Тора подчеркивает: от богатого – полшекеля и от бедного – полшекеля. Богатый, может быть, и захотел дать больше, но ему положен предел. Бедному, возможно, придется поднапрячься – что ж, пусть напряжется. В этой точке они должны быть равны. Надо полагать, полшекеля были небольшими деньгами, коли их под силу было заплатить даже бедняку.

Конечно, деньги важны, без финансирования не построишь, однако есть вещи куда более важные: строится не только Скиния – строится народ Израиля, строятся отношения между народом Израиля и Всевышним.


     

     

     


    Комментарии