• Апокалипсис не сегодня

    Сегодня / Нон-фикшн Ариэль Бульштейн 4 июня 2008

    Из истории жизни Авраама Абулафии вполне можно было бы сделать серию приключенческих романов. В ней столько загадочных событий, белых пятен, слепых поворотов и загадочных совпадений, что, разузнай про нее плодовитый Александр Дюма, на свет, возможно, появилась бы трилогия «Три каббалиста».

  • Под ритм и звуки проливного джаза

    Сегодня / Нон-фикшн Тамара Ляленкова 30 мая 2008

    Беззаботность и опасность того периода Александр Кан, минуя привычные клише, передал очень хорошо, почти документально. Похоже, это свойство человеческой памяти — события тридцатилетней давности пережиты, аккуратно сложены в коробки, как старые пластинки, кое-что из коллекции погибло при переезде, кое-что затерялось. То, о чем пылко мечтал коллекционер сорок лет назад, сегодня кажется пыльным и жалким — или же прекрасным и вечным, как первая любовь. И незачем душой кривить, пытаясь описать страх или счастье, которые уже прожиты, услышаны и оценены.

  • Рав Google — раввин Рабинович: 5:0

    Сегодня / Нон-фикшн Марина Карпова, Евгений Левин 21 мая 2008

    Веками авторитет раввинов в огромной степени зиждился на их эксклюзивном доступе к еврейским источникам. Раввин знал, что думали по какому-либо вопросу мудрецы со времен Талмуда до наших дней, а «мирянин» не знал и не мог узнать. Однако ситуация изменилась. Раввины теперь далеко не единственные эксперты, разбирающиеся в еврейских законодательных текстах.

  • Вероятное и неочевидное

    Сегодня / Нон-фикшн Татьяна Трофимова 19 мая 2008

    Телезрителям он известен как ведущий программы «Очевидное — невероятное» — вдумчивой беседы о научных проблемах с именитыми гостями. Специалисты цитируют его работы по физике и знают как профессора, доктора физико-математических наук. А любители научно-популярного кино наверняка слышали о документальной ленте «Над нами Японское море».

  • Летопись книжных аутодафе

    Сегодня / Нон-фикшн Андрей Мирошкин 9 мая 2008

    Если книги уничтожают, значит, это кому-нибудь нужно. Лишь небольшую часть библиотек погубили случайная искра, половодье или буря на море. Чаще всего судьбу книжных сокровищ решали завоеватели, политические авантюристы, религиозные фанатики. Смена власти и религиозного уклада всегда знаменовалась книжными гекатомбами.

  • И в сведенных подагрой пальцах...

    Сегодня / Нон-фикшн Давид Гарт 2 мая 2008

    Основные герои теорий заговора — евреи и тайные общества, от тамплиеров до масонов, от якобинцев до Ку-Клукс-Клана. Для объяснения такого грозного и непостижимого события, как Французская революция, конспирацистская мысль в лице публициста аббата Огюстена де Баррюэля скакнула вперед и объединила эти две силы, инкриминировав им уже не локальные проекты, а мировой заговор. Если перефразировать Льва Николаевича, конспирацизм в истории неизбежен для объяснения необъяснимых явлений — таких как революция, мировая война или всемирная империя.

  • Евреи в Зазеркалье

    Сегодня / Нон-фикшн Евгений Левин 28 апреля 2008

    Если бы профессор Занд был представителем чистой науки, мы, возможно, так и недоумевали бы, зачем он то ломится в открытую дверь, то несет очевидную околесицу. Но, как уже было сказано, Занд преследует политические и идеологические цели; если об этом не забывать, его нелепые суждения неожиданно обретают смысл. Ибо все свои аргументы Занд позаимствовал… у израильских правых.

  • Эйн ли эрец ахерет…

    Сегодня / Нон-фикшн Давид Гарт 24 апреля 2008

    Вот прошло 60 лет, и не устал народ Израиля рефлексировать и ломать зубы о дихотомии: агрессор мы или жертва, национальное государство или интернациональное, исторически естественное или искусственное, религиозное или светское, демократическое или теократическое, утопическое или прагматическое, и главный вопрос: «избранное»-уникальное или нормальное (наконец-то, слава тебе, Господи), «нигде больше» или все-таки «одно из»? За что боролись, на что напоролись?

  • One Step Beyond

    Сегодня / Нон-фикшн Ариэль Бульштейн 22 апреля 2008

    Запрещенные Всевышним изваяния и изображения — это статическое искусство, в котором нет жизни, которое не отражает реальность постоянного движения и пренебрегает четвертым измерением — временем. Статические изображения — это идолы, и именно отказ поклоняться идолам отделил евреев от окружавших их народов. Попытка традиционного искусства нейтрализовать временной фактор, навечно остановить ход времени, сродни идолопоклонству, — и потому Яаков Агам от него бежит, как от огня.

  • Два племени во чреве твоем

    Сегодня / Нон-фикшн Евгений Левин 21 апреля 2008

    Общеизвестно, что христианская идентичность в значительной степени сформировалась через противопоставление иудаизму и полемику с ним. Однако, пишет профессор, так же дело обстоит и с иудаизмом: многие еврейские тексты и ритуалы можно правильно понять лишь в контексте противостояния с религией Иисуса и Павла.