Ретро

 

  • Крупник, или Суп из словаря

    Сегодня / Кулинарный комментарий Роман Гершуни, Валерий Дымшиц 28 октября 2008

    Трудно придумать более скучное и нелепое блюдо, чем эта размазня из каши и жира. В изысканности и сложности приготовления ему, пожалуй, уступают лишь шарики из хлебного мякиша. Тем не менее, если встанет вопрос «есть крупник или умереть с голоду», я буду первым, кто займет очередь за перловкой.

  • Могучая кучка

    Сегодня / Пули над Бродвеем Дина Суворова 9 октября 2008

    У Кипена есть идея, согласно которой Золотой век Голливуда основан не на личности автора и даже не на диктатуре студийных боссов, а зиждется на недооцененном труде сценаристов. Притом, лучшие из этих людей - не просто какие-то условные эмигранты, а прибыли в Америку из России и были потомками евреев.

  • Роберт Льюис Стивенсон: переход через Чермное море

    Любовь Сумм 11 сентября 2008

    Иные высказывания Стивенсона затмевают и нынешнюю политкорректность. На Самоа он выступает в защиту туземных верований, отстаивает добрую память миссионера-католика, остроумно оправдывает местный каннибализм – как обычай не более жестокий и не более глупый, чем многие европейские, вот только белые люди не желают видеть в своем глазу ни соринки, ни бревна. Великая терпимость к другим, ожесточенная нетерпимость к своим – это вам ничего не напоминает?

  • О Гольдманах бедных замолвите слово

    Сегодня / Фикшн Анна Шварц 8 сентября 2008

    Повеял ветер — можно уехать. Грянул гром — власти не дают разрешения на отъезд. Так же герои относятся к своему еврейству. Допускают смешанные браки, еврейской культурой не интересуются, но и ассимилироваться в рекордные сроки не спешат. Все идет своим чередом.

  • И. Грекова. Свежо предание

    4 сентября 2008

    — "Жид" — это плохое, обидное слово, кличка, которой до революции плохие люди называли евреев. Никогда не говори этого слова.
    — Не буду, — пообещал Костя. — А почему он мне сказал "жид"?
    — Глупый он, — сказала мама и в первый раз засмеялась. — Услышал где-нибудь и повторяет.
    — Что же мне делать, если он опять скажет "жид"? Бить его, что ли?
    — Нет, зачем бить? Пригласи его к нам в гости.

  • Рай пошаговой доступности

    Сегодня / Фикшн Михаил Слободинский 13 августа 2008

    Всевышний предстает перед Элнер соседом Реймондом — чтобы зря не нервировать ее страшными образами. Героине выпадает случай выяснить наконец, что же было раньше, курица или яйцо. Ее этот вопрос мучил всю жизнь. Ей удается подискутировать об обнаруженной ошибке в Библии (которую писали мужчины-шовинисты, правда же?) — так вот, заявляет Элнер, первой была женщина, ибо откуда бы родился мужчина? Увы, ответ Всевышнего: раньше было яйцо.

  • Трагифарс на Эйфелевой башне

    Сегодня / Фикшн Андрей Мирошкин 23 июля 2008

    Его фирменные жанры — интеллектуальная фантасмагория, альтернативно-исторический гротеск, пастиш, трагифарс, ядовитая сатира, «неканонический» детектив. Он любит смешение стилевых пластов, резкий монтаж сюжетных линий, рваный ритм, небывальщину, сновиденческий морок. Любит демонстративно открывать карты, обнажать прием. Обожает каламбуры, прибаутки и прочее игрословие. Это как бы рождение музыки из кажущегося сумбура.

  • Почта с другой планеты

    Сегодня / Нон-фикшн Андрей Мирошкин 16 июля 2008

    Жили-были в Москве 70-х годов два друга: почти ровесники, родившиеся в первые послевоенные годы. Оба писали стихи и прозу (разумеется, не печатались), вращались в одном кругу, часто встречались, спорили. В 1978 году Наум Вайман уехал в Израиль. Михаил тоже планировал туда перебраться, но разные причины все мешали. Между друзьями завязалась переписка, продолжавшаяся четверть века.

  • Копии царя Соломона

    Сегодня / Нон-фикшн Рашель Землинская 30 июня 2008

    От одного «знакомого» к другому автор и перемещается, будто на светской тусовке с бокалом в руке — одному помахал, с другим поручкался. И плавный рассказ его иногда перебивается как будто светскими сплетнями. Что было бы, наверное, неплохо, если бы он не поправлялся тут же — великие! И прелесть сплетен — признака человечности — моментально улетучивается. Правда, остается человечность самого автора, которой в учебниках не найдешь. В самом деле, это очень важно, особенно для человека, который выстраивает повествование так поименно-хронологически, очень гладко, но без единой ссылки, — степень доверия к нему должна быть очень высока.

  • Дочь партизана и сын патриота

    Сегодня / Фикшн Настик Грызунова 27 июня 2008

    Тебе сорок лет. Ты англичанин из приличной семьи, разуверившийся во всем — особенно в себе. Ты мог бы, увы, стать персонажем Вуди Аллена — пересаженным на лондонскую почву нью-йоркским евреем-невротиком, который из собственных неврозов сочиняет смутно поучительный, неотчетливо трогательный и умеренно смешной анекдот. Но для такого ты слишком серьезен. Или, может, слишком честен.