Культура и война

 

  • Если рай существует

    Сегодня / Фикшн Даниэль Клугер 2 апреля 2010

    «Если рай существует» — именно так в оригинале называется роман израильского писателя Рона Лешема, в русском переводе получивший название «Бофор». Военная проза. Тексты подобного рода и жанра редки в израильской литературе; удачных почти нет. Казалось бы — феномен. Как же так: страна воюет все время, начиная с рождения (да что там — задолго до рождения), а у нее так мало "окопной литературы".

  • Перебежчик, переводчик

    Любовь Сумм 13 января 2010

    Этот, пишущий еврейскую историю по-гречески, принявший историческую неизбежность Римской империи, — тот ли, кто некогда был Иосефом бен Маттитьяху? У Иосифа не было готового ответа на этот вопрос. Он искал ответ, когда писал свою Историю, и пришел к ответу, когда написал.

  • От пастушки до богородицы

    Евгений Левин 24 ноября 2009

    Образ матери, которая оплакивает пропавших детей, прочно вошел в коллективное еврейское сознание, и Рахель превратилась в своего рода небесную заступницу еврейского народа, умоляющую Всевышнего смягчить суровый приговор сынам Израиля.

  • Взвейтесь в астрале

    Сегодня / Пули над Бродвеем Саша Щипин 5 ноября 2009

    Подросткам, научившимся ненавидеть, нечего делать в мирной жизни. Не зря пионеры из «Первого отряда» после смерти попадают не на небо, а в Сумеречную долину – тоскливую солдатскую Валгаллу, где руины ВДНХ дразнят неслучившимся коммунистическим раем. Вряд ли они приняли бы в свои ряды Анну Франк – скорее уж, бесстыжую и святую Муху из «Голой пионерки» Кононова.

  • Никуда не денешься

    Сегодня / Пули над Бродвеем Настик Грызунова 28 августа 2009

    Ты живешь день за днем. Плата за минуты ясности — долгие месяцы животного ужаса, так что лучше жить в потемках. Во всем этом есть система — но ты боишься ее расчислять. Есть система в погромах Хрустальной ночи — и в том, что среди депортированных евреев тоже найдется Глюкштейн, но другой, не Мориц.

  • Дорогой мой Че

    Сегодня / Пули над Бродвеем Саша Щипин 20 августа 2009

    Содерберга с дель Торо стоило бы за это взять живыми в какой-нибудь коммунистический рай. Совершенно не понятно, как они это делают: главный герой вроде бы не показывает ничего сверхъестественного – ну, воюет с эксплуататорами, ну, читает книжки, ну, воспитывает молодежь, – а после фильма такое ощущение, как будто Алиса Селезнева из подвала вышла и тебя в щеку поцеловала.

  • Вопрос персональной ответственности

    Сегодня / Фикшн Дина Суворова 27 мая 2009

    Конечно же, подобные дилеммы возникают у всех, но, пожалуй, только евреи имеют за спиной такую историю, что всякий спор с самим собой непременно превращается в спор с десятками и сотнями предков, в сражение с собственными генами.

  • Вкус к жизни

    Этгар Керет (перевод:  Ася Вайсман) 7 мая 2009

    Если бы я сделал, как хочет мой агент, я бы сейчас писал книгу, желательно роман. Если бы повелся на слова девушки из телемаркетинга, я бы сейчас посмотрел тайский бокс. Если бы послушался сына, был бы сейчас в постели и пытался сделать ему брата. Но нет.

  • Фигуры умолчания

    Сегодня / Нон-фикшн Андрей Мирошкин 25 февраля 2009

    Некоторые слова не будут произнесены ни в книге, ни в рассказе о ней. Фигуры умолчания пусть таковыми и останутся. Как сказал в другом эссе и по другому поводу тот же автор: «Объединяющей их темой окажется катастрофа, разрушение привычного жизненного пространства - и с помощью художественных средств можно проследить за тем, как разрываются все внутренние взаимосвязи старого мира».

  • О личностях, двойниках и олицетворенных вещах

    Сегодня / Фикшн Евгения Риц 13 февраля 2009

    Вполне в традициях Голливуда в романе есть сентиментальные и страстные любовные отношения, и не поддающееся никакой логике преступление, и полицейское расследование. Перед нами настоящий постмодернистский экшн, но при этом – экшн вдвойне американский – проамериканский и антиамериканский одновременно.