Сара, съешь лимон

Мария Хольм, Микаэла Чиндблум. Кинокулинария
  • Издательство: КоЛибри, 2010
  • Перевод: со шведского Е. Хохловой под редакцией М. Макаровой и Е. Зайцевой
Первым и главным искусством для нас, как известно, является еда. Вторым первым – кино. Две эти страсти мы всегда мечтали соединить с третьей – сексом. И нам это отчасти удавалось. Мы смотрели как Цай Мин-Лянь давал своим героям арбуз и снимал нежное сладкое порно, смотрели, как Микки Рурк кормил девушку клубникой и рисовал по коже льдом, мы помним, как нам сводило живот на «Ночном портье», мы чтим всех истекающих соками, томящихся, горячих и тонущих в соусах жизни. И теперь мы умеем делать это сами.

Классические сцены еды в кино запротоколированы, изучены, измерены и записаны. Напечатаны на глянцевой бумаге и отправлены в магазины. Ты, мальчик, теперь можешь приготовить себе макароны, как в «Крестном отце», – только не становись как Сонни Корлеоне, а то лежать тебе на асфальте возле своей крутой тачки, истекать кровью, томатным соусом. Ты, девочка, не плачь, а лучше выпей чаю с лимоном, как Кэтрин Хепбёрн из фильма «Африканская королева», – между прочим, это не так просто, как кажется. Сначала нужно выжать сок из одного лимона.

Второй нарезать ломтиками. Насыпать в чайник чай. Вскипятить воду и добавить в кипяток лимонный сок. Заварить чай полученной смесью. Настоять 5 минут. Подать с ломтиком лимона. Можно подсластить по вкусу. Капитан Чарли пьет такой чай с двумя ложечками сахара.
Когда ты будешь выжимать сок и нарезать ломтики, твои слезы высохнут, и движения обретут уверенность. Он ушел от тебя – ничего, он вернется. Не сегодня, может быть – завтра, но ты должна быть готова. Чай – это не еда для мужчины, я научу тебя, как сделать твоего возлюбленного счастливым, вот только найду подходящий фильм.

Возьмем, например, цыпленка гриль по-южному. Скарлетт О’Хара, эта свистушка-кокетка, эта глупая, избалованная, эгоистичная девица, разве она понимала что-нибудь в кулинарии? Это ее Мамушка, большая черная женщина – она знала толк в готовке. Нежный цыпленок не больше килограмма весом, томатная паста, винный уксус и коричневый сахар, измельченный чеснок и вустерский соус, и если бы Ретт был умнее, а Мамушка моложе, у них даже мог бы случиться роман, и красная нижняя юбка, подаренная Реттом Мамушке, нашептала бы совсем другие истории. Но в отличие от смешанных специй, смешанные браки появятся немного позднее. Пока же под музыку Макса Штайнера я научу тебя готовить маринад и запекать цыпленка до полной готовности. А если Он придет раньше, приготовь ему коктейль «Касабланка».

2 чайные ложки сахара, 60 мл сока красного апельсина, 2 чайные ложки сока лайма. 120 мл шампанского и 1 долька лайма. Охладить бокал для шампанского и всыпать в него сахар. Налить сок лайма и апельсина. Долить шампанским. Перемешать и добавить еще шампанского. Украсить долькой лайма.
Пусть пьет и слушает «Когда проходит время», пусть закусывает тартинками с икрой и плачет о потерянной любви. Ведь это ты его бросила, а не он тебя, это ты ушла к мужу, а он уехал прочь, в Касабланку. И жаренный по-южному цыпленок остался далеко, далеко, в пожаре войны.

А потом он расскажет тебе, как жил в коммунальной квартире в Гонконге, и среди соседей была одна девушка, похожая на тебя. Он помнит ее платье – облегающее, без рукавов, с высоким воротником, ее прическу, всегда безупречную, ее бидончик для супа. Они ходили в одну забегаловку за этим супом – классический азиатский фо бо из рисовой лапши. «Ты помнишь эти ступеньки? – спросит он тебя. – Я думал о тебе все время, ты должна помнить». Рыбный соус, 100 грамм лука-шалота, от него так слезятся глаза. «Нет-нет, я не плачу, просто мне так много нужно тебе сказать». Мята, тайский базилик, свежая кинза. Добавь горсть фасоли и не забудь ломтик лайма. После этого супа у меня всегда появляется любовное настроение. Только не торопись, все должно быть медленно, медленно.

Знаешь, я бы хотел, чтобы это длилось бесконечно. Открывать глаза утром, и чтобы чей-то голос по радио сказал: «Ну что, ребята, просыпайтесь и не забудьте про теплые ботинки – на дворе холодно». И эта дурацкая песенка, ай гат ю, бейб. Ай гат ю, фирменное блюдо этого городка – вафли с черникой по-панксутонски. Пусть сурки сидят в своих норах, а мы с тобой пойдем лепить снеговиков и выпиливать скульптуры изо льда, и я сделаю твой портрет – я так долго смотрел на тебя, что могу вырезать его с закрытыми глазами. И сыграю тебе на пианино, я научился и этому, знаешь, за столько лет это было не сложно. Если бы только ты могла остаться со мной в эту ночь, а завтра опять был бы такой же длинный, долгий бесконечный день.

И мы никогда не будем с тобой как те двое – Крамеры, кажется, их звали? Кто бы мог подумать, что эта еврейская женщина уйдет от мужа и бросит его с шестилетним сыном? Он же ни разу в жизни не готовил даже куриный бульон, куда там гефилте-фиш, он гренки мальчику не мог приготовить, потому что не знал, где лежит сковородка. А все потому, что работа – зло, она отнимает все время, пожирает мозг, и ты опаздываешь на день рождения, опаздываешь на годовщину свадьбы, забываешь ее любимый напиток, и вот уже она готовит рагу из твоей собаки и роняет на тебя люстру! Нет-нет, я не кричу, и нет, это не слезы, это сок лайма.

Знаешь, а давай бросим эту готовку и поедем в Еврейские Альпы, в Кэтскилл, не будем готовить этих омаров – жалко же их, они живые же. Пойдем в кино, возьмем ведро попкорна и станем слушать болтовню этого нищеброда Вуди, иногда он так смешно шутит. Давай, а? Эти кастрюли, эти лимоны, животные эти несчастные, пусть бегают, а мы будем целоваться в темноте и держаться за руки. А потом придем домой и попросим Сэма сыграть нам еще раз ту песню. И, может быть, тогда уже что-нибудь приготовим. Только не из птиц, они слишком страшные.

И еще о еде и сексе:

Она любит есть, он любит смотреть, как она ест
Год еды на чужом языке
Рыба кошерная и не очень
Суп Кафки


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе