Парадокс артиста

Борис Соколов. Вольф Мессинг
  • Издательство: Молодая гвардия, 2010
Про него говорили, что он проходит сквозь стены. А если и не проходит, то точно знает, что за ними происходит. Что он запросто, без пропусков, заходит к Иосифу Сталину. Ну, может, и не к Сталину, но уж к Берии точно…

Известный военный историк и булгаковед Борис Соколов всегда верен своему принципу — проведению сеансов черной магии с их последующим разоблачением. Подобный метод к рассказу о Вольфе Мессинге подходит как нельзя лучше. И дело здесь не в какой-то умышленной мистификации (о ней отдельно). Просто эпоха, в которую жил Мессинг, порождала понятное желание, скрыв факты, обезопасить себя.

Взять, к примеру, такое частное дело, как религиозные взгляды человека. Но в обществе «активной несвободы» (К. Маркс) открытое исповедание веры, да еще публичным лицом, грозило, как известно, по меньшей мере серьезными проблемами на работе. Соколов пишет, что Мессинг оставался верующим иудеем, хотя был вынужден скрывать свои убеждения. Биография актера позволяет понять истоки его религиозности. Мессинг вспоминал, что после окончания хедера раввин, отметив набожность подростка, направил его в ешиву. Правда, еще во время учебы Мессинг отказался от мысли стать священнослужителем, предпочтя светскую профессию.

Впрочем, и сам Мессинг не отказывался иной раз что-то преувеличить, где-то прихвастнуть (как там у того же Булгакова говорят о поручике Шервинском: «Тебе бы писателем быть… Фантазия у тебя богатая»). Так, Соколов опровергает утверждения артиста о его знакомстве с Шолом-Алейхемом и Фрейдом. Хотя желание числить писателя и психоаналитика в числе своих друзей свидетельствует не только о степени достоверности актерских мемуаров, но и о хорошем вкусе Мессинга…

Успех и признание в Советском Союзе пришли к Мессингу довольно быстро. Да, к моменту оккупации Восточной Польши он уже был состоявшимся артистом, но теперь ему нужно было выступать на другом языке и заниматься неизбежной для тоталитарного общества самоцензурой. Тем не менее, Мессинг успешно гастролирует по стране. На вырученные за выступления деньги покупает для фронта два истребителя «ЯК-1б». Один из них «именной» — для морского летчика, Героя Советского Союза, капитана Константина Ковалева, одержавшего на нем девять побед, а другой для авиаполка «Варшава» недавно сформированного Войска Польского. Думается, это был не добровольно-принудительный акт, как утверждают некоторые мемуаристы, а искреннее стремление посильно участвовать в войне. Напомним, что после второй мировой в Гуру-Кальварию, откуда был родом Мессинг, вернулось всего двадцать евреев.

Вершиной карьеры Мессинга была его работа на сцене Государственного еврейского театра. Артист эстрадного жанра на сцене академического театра? Парадокс. Но одновременно и признание Михоэлсом таланта Мессинга. А еще желание последнего поддержать близкий ему коллектив в период начала борьбы с «безродным космополитизмом» (выступление проходило в 1947 году).

Наверное, не в последнюю очередь своими успехами Мессинг обязан жене, Аиде Рапопорт, с которой он познакомился во время войны и которая долгие годы работала ассистентом на его выступлениях. Ведь артисту необходимо полное взаимопонимание внутри команды. А где оно может быть полнее, чем между влюбленными? Автор обращает внимание, что «никто из мемуаристов никогда не упоминал о каких-либо размолвках между Мессингом и его супругой».

По словам Соколова, Мессинг «был гениальным артистом, умевшим завораживать зрителей, заставить их поверить в то, что он действительно способен читать их мысли». И здесь возникает еще одна парадоксальная ситуация: с одной стороны, создавалась видимость торжества советской науки, всячески подчеркивавшаяся коммунистической пропагандой. С другой — Мессинг своим искусством освобождал людей от все той же пропаганды, заставлял их поверить в чудеса, погрузиться в волшебный мир, лучший, чем серая повседневность.
Парадокс? Но в этом и заключается дарование настоящего артиста.

Что же касается встреч со Сталиным или Берией, то правда это или ложь, читатель может узнать непосредственно из книги. Автор этих строк, в отличие от Бориса Соколова, искусством черной магии и ее разоблачения не владеет, а потому рассказать об этом не может.

**И другие материалы журнала "Лехаим"


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе