Так высоко, так близко

Пол Боулз. Вверху над миром
  • Издательство: Kolonna Publications, Митин журнал, 2007
  • Перевод: с английского Валерия Нугатова
«Вверху над миром» — последний роман Боулза, который он считал лучшим своим творением: «Мне удалось сказать все, что я хотел, столь ясно и лаконично».

Доктор Тейлор Слейд и его молодая жена отправляются путешествовать в Панаму. Но путешествие не успевает толком начаться, когда случайная встреча меняет их планы, а равно жизнь. В принципе, та же фабула действительна и для других историй Боулза: западный человек сталкивается с чем-то чужеродным — например, с иной культурой, с тем, что не поддается освоению и не позволяет проникнуть внутрь себя. Столкновение это, как правило, фатально и заканчивается потерей рассудка и/или жизни. В данном случае чужеродное — это молодой человек по имени Гроувер: приятный, общительный, гостеприимный хозяин, который приглашает Слейдов на свою виллу в джунглях. Но постепенно, почти незаметно, туристическая поездка скучающих американцев оборачивается погружением в фантасмагорический мир галлюцинаций, где вслед за героями тонет и читатель. Слейды превращаются в бесмысленных марионеток, которых хозяин виллы дергает за ниточки, опаивая наркотиками.

Постепенно очертания зла обретают плоть, свет и голос, бред перестает казаться бредом: бесстрастная, отстраненная интонация рассказчика стирает грани между реальностью и воображением, и заодно — между человеком и деревянной марионеткой. Все становится возможно там, где больше не действуют законы логики, где рациональное мышление теряет способность описывать явь.

Пол Боулз рассказывал, что курил гашиш, когда писал этот роман, а потом на целый день уходил в лес с ручкой и блокнотом. Его персонажи, как в чаще леса, растворяются в безумии:

«Внутри, в темном склепе ее сознания, располагался бесконечный вход в Ад, где с грохотом рушились города, и всякий раз она медленно умирала, зажатая под обломками. А на пылающем горизонте высились все новые города, которые откладывали свое неминуемое обрушение до того момента, когда она окажется вблизи».
Американец Боулз, проживший большую часть жизни в Танжере, до конца оставался отстраненным наблюдателем. Он не влился в марокканское общество и выпал из американского. Его друзья — в основном люди, что приезжали в Танжер и уезжали, и даже с женой, которую очень любил, Боулз общался преимущественно по телефону, они жили в разных квартирах, расположенных одна над другой. Короче говоря, одиночество и индивидуализм — вот что прежде всего характеризует Боулза.

Роман «Вверху над миром» — последний и, как уже было сказано, лучший, по мнению автора, — ясно и лаконично излагает все, что Боулз имеет сказать о западной культуре и цивилизации в частности и о ценности человеческого сознания вообще. Рацио беспомощно; подсознание и интуиция — пустые слова; свобода воли — такое же умозрительное понятие, как и судьба. Наркотики не расширяют сознание, как считали друзья-битники: немного галлюциногена в чай — и мозг продуцирует химер, оживляет лес и камни, но это не расширение — это всего лишь сбой обычных химических процессов.

Боулз мог бы прийти к религии, но отказался и от нее. Там, где у других людей — бог и законы, которые можно блюсти или нарушать, у Боулза — фотокамера, которая бесстрастно фиксирует жизнь. С тем же успехом он мог бы фотографировать не людей, а насекомых или деревья. Но, как ни парадоксально, именно эта отстраненность есть лазейка для религиозного опыта, пусть даже он не основан на эмоциональном переживании. Точка зрения бесстрастного наблюдателя — это, некоторым образом, точка зрения бога. Все человечество, движущееся, мнящее себя разумным, уповающее на собственные или на высшие силы, интересует (или не интересует) надмирного наблюдателя в равной степени. Бог в данном случае проявляет себя в разнообразии и самой возможности бесконечного движения, а не в поворотах чьих-то конкретных судеб.

Пол Боулз однажды сказал:

«Турист отличается от путешественника тем, что турист приезжает куда-то и тут же начинает собирать чемоданы, с нетерпением ожидая возвращения домой. А когда великий путешественник приезжает туда, куда хотел, он устремляет свой взор все дальше и дальше. Для великого путешественника не существует конечного пункта назначения».
Пожалуй, это лучшая метафора бога.

Другие о чужеродном:
Андрей Белый в Иерусалиме-1911
Эдвард Лир в Палестине


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе