Сэр, возьмите Алису с собой

Линор Горалик. Агата возвращается домой

  • Издательство: Гаятри / Livebook, 2008
На сей раз не Алису, конечно, — Агату, и в этом вся разница — ну, или сходство, если угодно искать сходства. В голове мерцает неоновая вывеска, говорит тебе изо дня в день: «Сравнения одиозны», — но все равно ведь сравниваешь. Вот такая история про девочку, беса и бесовские подарки. Вот такая история про выбор. Вот такая история про зависимость. Вот такая история про инфантилизм. Вот такая история про «я страшно скучаю, я просто без сил» и что от этого бывает. Вот такая история про желание всем нравиться. Вот такая, в общем, история. Кто как прочтет.

Сказку Линор Горалик «Агата возвращается домой» каждый прочтет по-своему. Кто-то вспомнит еврейские сказки. Кто-то — советское еврейское детство. Множественность трактовок, видимо, означает, что сказка многопланова, самобытна и вообще хороша. Ну то есть — можно и так прочесть.


     

    • Долгая дорога домой

      Сегодня / Фикшн Татьяна Трофимова 30 июля 2008

      Уместно вспомнить о богатой еврейской сказочной традиции, где сюжет контакта с нечистой силой ради обретения каких-либо благ («Проданное царство небесное») или просто по невниманию («Нечистая сила», «Нечестивое дело и нечистая сила») весьма распространен. В фольклорных сказках чаще всего обсуждается удивительная вездесущесть нечистой силы, которая подстерегает правоверного еврея на каждом шагу, и акцент делается на последствиях заключенной сделки. Здесь же автора интересует совсем другое. За какие-то несколько дней ее восьмилетней героине приходится совершить свой — и только свой — выбор.

    • Ладушки, ладушки

      Сегодня / Фикшн Дина Суворова 30 июля 2008

      Отчасти понятно, почему такой неадекватный шум поднялся вокруг детской сказки. «Детской книгой» мы как-то привыкли считать «книгу для детей». Досадное недоразумение: «Агата» — «как бы детская» книжка для «как бы детей», но на самом деле ее адресная аудитория — взрослые люди, формально давно уже вышедшие из детского возраста. Не стоит заблуждаться: это разные аудитории, дети и кидалты, и продукты потребления у них разные. Однако ирония ситуации с этой конкретной книжкой заключается в том, что за разговорами об искушении, соблазнах и бесах никто, похоже, не опознаёт в Агате обычного советского ребенка.

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе