Большая жизнь

Миха Йосеф Бердичевский. Мирьям
  • Издательство: Хакибуц хамеухад, 2011
Ивритской классике не позавидуешь: она малочитаема, и не только из-за устаревшего языка. Темы, которые она затрагивает: жизнь еврейского народа в изгнании, Просвещение, создание национального государства — давно перестали быть актуальными для современных читателей. Комментарии на страницах переизданных произведений вытесняют текст оригинала. Читать такие книги становится утомительно и неинтересно.

Некоторые критики считают, что подобная литература — лишь перепевы европейской и русской классики. Еврейские просветители хотели, чтобы их народ стал как все европейские — со своей литературой, историей, государством. Они покидали черту оседлости, ехали на запад, учились и возвращались с новыми, малоподходящими местечковой еврейской жизни идеями. На стыке двух миров и создавалась первая ивритская светская литература.

Миха Йосеф Бердичевский (Бен-Гурион), 25-летний сын раввина из местечка Меджибож (того самого, где жил Бааль-Шем-Тов), в 1901 году покинул родину ради учебы в Германии. Получив там степень доктора философии, Бердичевский вернулся на Украину. В годы учебы он почти ничего не писал на иврите, но много читал европейскую литературу и философию, и особенно сильное впечатление произвели на него труды Ницше и Ибсена.

Бердичевский был главным идеологом открытости и светскости ивритской литературы. Еще будучи в Одессе, он собрал круг писателей и поэтов, которые мечтали о еврейско-европейской литературе, способной повлиять на консервативное еврейское общество.

Вернувшись в Подолию в 1910 году, Бердичевский не узнал ни местечка, ни близких. Запуганные погромами евреи собирали свои пожитки и пытались уехать кто куда — в Европу, Америку, Палестину. Бердичевский решил, что его миссия — запечатлеть еврейский мир, которого вот-вот не станет. В романе «Мирьям» — последнем и самом значительном своем произведении — он увековечивает память об исчезающей еврейской цивилизации, которая просуществовала в восточной Европе пять веков.

Подробный план этой книги Бердичевский составил еще за 15 лет до написания окончательной версии. Планировался роман воспитания о молодой еврейской девушке Мирьям, которая мечтает о любви, хочет вырваться из еврейской среды и начать учиться. Но обстоятельства не дали Бердичевскому осуществить свой замысел. Бедность и скитания по Европе в двадцатые годы не оставляли ему ни времени, ни сил на литературу. Только в последние годы жизни, будучи больным и прикованным к постели, Бердичевский написал книгу, о которой мечтал всю свою жизнь. Но это был уже другой, отличный от задуманного, вариант. «Мирьям» состоит из множества глав, каждая из которой — отдельный рассказ. И они не всегда между собой связаны.

Конец XIX века. Молодая девушка Мирьям, у которой умирает отец, а семье становится не на что жить, переселяется на иждивение к дядьке. Мирьям — нить, соединяющая рассказы. Бердичевский почти не касается самой героини, она лишь повод для описания ее окружения — местечка, семьи, людей. Старое поколение, которому нипочем социалистические идеи молодежи, продолжает жить по старым законам. Оно не знает русского языка, не общается с местным населением.


Новое поколение интересуется мировыми событиями, читает литературу, выписывает светские газеты. Мирьям прячет от дядюшки романы Тургенева. А ее ухажер читает ей стихи Лермонтова.

После своей первой поездки на Запад и возвращения в Россию Бердичевский видел противоречия между закрытым родовым обществом местечка и просвещением, к которому стремилось все европейское общество. Он ужасался мысли о том, что еврейская культура будет навсегда утеряна, но в то же время надеялся на спасение — создание современной светской еврейской культуры.

В своем романе Бердичевский не только ностальгирует по утраченному прошлому. В «Мирьям» старое сталкивается с новым, рожденным иной эпохой, — но то новое, ради которого, казалось бы, и было отвергнуто старое, разрушает привычный уклад жизни, стирает традиции. Это противоречие Бердичевский не смог разрешить ни в собственной жизни, ни в тексте. Просвещенный, европейски образованный, писатель посвятил себя утраченному прошлому; последнюю главу романа автор надиктовывал своему сыну Эммануэлю — и это еще один рассказ из множества, в нем нет развязки, нет финала. Но есть отчаяние потери, и есть вера в высшую силу, спасение и жизнь.



     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе