Якоб Исраэль де Хаан: грешник или мученик?

Об истории одного политического убийства

Якоб Исраэль де Хаан... Я не могу понять, как к нему относиться. Такого противоречивого человека трудно себе представить. Он мне и симпатичен из-за своего нонконформизма, и отвратителен - тоже из-за нонконформизма, наверное.
Сегодня его помнят немногие. Но это настолько разные немногие, что диву даешься.

На сайте "Евреи против сионизма" радикальной ультраортодоксальной антисионистской организации "Нетурей Карта" - той самой, чьи представители идут в первых рядах антиизраильских демонстраций в Европе, сжигают израильские флаги и ездят в Тегеран, чтобы обняться с Махмудом Ахмадинеджадом, — про нашего героя пишут так:

"Юный рабби Яаков Исраэль Дахан был убит 1 июля 1924 года. Это был человек, посвятивший всю свою энергию и лучшие годы своей жизни сохранению остатка верных евреев и делу мира с арабскими старожилами Святой Земли... В тот роковой день, когда сионисты совершили преступление, из-за которого мы страдаем по сей день и конца этому страданию не видно, они выстрелили не только в его чистое сердце. Они убили весь Народ, предотвратив этим убийством любой план, который не сочетался с их злобными намерениями. Тем не менее, семьдесят восемь лет спустя после того ужасного дня, все еще существует община евреев, следующих своим путем и отказывающихся склониться перед идолом сионизма, и это в большой мере благодаря бескорыстным и святым трудам Яакова Дахана, мученика за свой народ..."
В веселом городе Амстердаме есть Гомомонумент. Он установлен в память о гомосексуалистах, погибших от рук нацистов и пострадавших от других гонений, которым представители этого меньшинства подвергались во все века, а кое-где подвергаются и сейчас. Гомомонумент - это треугольная, в форме нашивки, которую носили гомосексуалисты в гитлеровских лагерях, плита на берегу одного из каналов Амстердама. На ней выгравирована строка из стихотворения голландского поэта-гомосексуалиста Якоба де Хаана: Naar Vriendschap Zulk een Mateloos Verlangen ("Такое бесконечное желание дружбы").

Якоб Исраэль де Хаан родился 31 декабря 1881 года в голландской деревне Клоостервеен. Его отец был хазан (синагогальный кантор) и шойхет (т.е. забивал скот в соответствии с нормами кашрута). У Якоба было 17 братьев и сестер. Он получил традиционное еврейское образование, а потом, в 1903—1908 гг., изучал в Амстердаме юриспруденцию и преподавал в школе. В то время он начал заниматься литературой. Он вращался в амстердамской литературной тусовке и писал статьи для социал-демократической газеты. В 1904 году выпустил роман «Pijpelijntjes» («Трубы»; рабочий квартал Амстердама, где жил де Хаан, назывался De Pijp). Нидерланды всегда были страной очень либеральной, но в начале века книга с обилием гомоэротических намеков и описаний не могла не вызвать шумный скандал. Действие романа разворачивается в рабочем районе Амстердама, который расположен рядом с пивоваренным заводом «Хайнекен» и Старым городом. Главные герои - два студента. Их быт описан натуралистично и живо — в том числе гомосексуальная эротика.
Заметьте, 1904 год - это задолго до Герарда Реве. «Трубы» были открытым эпатажем. Де Хаан писал также стихи и поэмы с явными гомоэротическими и садомазохистскими мотивами.

Большинство литературных приятелей де Хаана порвали с ним отношения. Он был уволен из школы и газеты и исключен из социал-демократической партии.

Вот его стихотворение "Юному рыбаку", из которого взята строка, выгравированная на Гомомонументе в Амстердаме. Даже подстрочник, по-моему, звучит красиво. По-голландски это сонет, написанный пятистопным рифмованным ямбом.

Розы не столь милы, как твои щеки,
Тюльпаны не столь нежны, как твои босые стопы,
И я еще не видел ни в чьих глазах
Такого безмерного желания дружбы.

Под нами была вечность моря,
Над нами бледнело серое вечное небо,
По пустому пляжу брели только мы вдвоем,
Не было ничего, кроме шума моря.

В последний день с тобой. Я уехал в свой город.
Ты плаваешь и рыбачишь радостно, а я блуждаю вокруг,
Но не нахожу прибежища ни в городе, ни в тихих селах.

Я так устал, я любил так много.
Прости меня, не спрашивай, что я пережил,
И молись, чтобы я не покорился твоей красоте.

В 1908 году выходит второй роман — «Патологии». В 1910 де Хаан поехал в Россию в качестве посланника голландской королевы Вильгельмины. Цель - познакомиться с русскими тюрьмами и другими местами заключения. Среди заключенных было много евреев, осужденных по подозрению в революционной деятельности. Бедственное положение российских евреев пробудило в де Хаане интерес к собственному еврейству.

После поездки он публикует работу «В тюрьмах России», пишет поэму «Еврейские песни» и другие стихи на еврейские темы. Он начинает соблюдать еврейские религиозные законы и становится членом сионистской религиозной организации «Мизрахи».

В 1919 году, будучи уже доктором юриспруденции и известным писателем, наш герой переезжает в Иерусалим (в должности корреспондента серьезной голландской газеты, с солидным жалованьем).

Поначалу де Хаан был рьяным сионистом, и когда в 1919 году начались антиеврейские арабские волнения и погромы, товарищи по партии «Мизрахи» порицали его за излишне экстремистские антиарабские высказывания. Де Хаан был адвокатом еврейских радикалов-ревизионистов в английских колониальных судах.

Но скоро де Хаан подружился с арабами. Становясь все более и более религиозным человеком, он продолжал любить красивых юношей. В книге четверостиший, изданной в 1924 году, после смерти автора, есть, например, такое:

Кого мне ждать поздно ночью,
Когда город крепко спит,
Кого мне ждать, сидя на стене Храма?
Бога или марокканского юношу?

Вскоре де Хаан встречается с антисионистскими ультраортодоксами, в частности, с р. Йосефом Хаимом Зонненфельдом. Этот человек оказал на де Хаана сильное влияние. И поэт стал нападать на сионизм с той же ревностностью, с которой прежде его защищал.

Гомомонумент. Фото с сайта www.european-architecture.infoТогда же де Хаан познакомился с Леопольдом Вайсом, внуком черновицкого раввина, берлинским журналистом и ассистентом известного кинорежиссера-экспрессиониста Фридриха Мурнау. Леопольд Вайс гостил в Иерусалиме у своего дяди, одного из первых учеников Зигмунда Фрейда. Де Хаан показал Вайсу жизнь иерусалимских арабов, устроил ему поездку в Трансиорданию и встречу с эмиром Абдаллой, сыном шерифа Мекки и потомком пророка Мухаммеда. Абдалла был одним из руководителей (наряду со своим братом Файсалом) аравийского восстания против Оттоманской империи, а потом стал первым королем Иордании и основателем династии Хашимитов. Леопольд Вайс отправился в Трансиорданию вместе с де Хааном, а тот поехал туда по поручению р. Зонненфельда, чтобы обсудить арабско-еврейские отношения и объяснить эмиру разницу между сионистами и ультраортодоксами. Встреча с Абдаллой, экзотика Иерусалима и Ближнего Востока произвели на Вайса столь сильное впечатление, что он вскоре перешел в ислам и принял имя Мухаммад Асад. Позже он стал одним из лидеров движения за независимость мусульман Индостана, одним из ближайших соратников «духовных отцов» Пакистана Мухаммада Икбаля и Мухаммада Али Джинны, а еще - послом Пакистана в ООН.

Но вернемся к нашему герою, Якобу де Хаану. Вот как р. Эмиль Марморштейн из «Нетурей Карта» рассказывает о том времени в его жизни:

«Описать его как попавшего под влияние рабби Зонненфельда было бы принижением редкого качества смиренной покорности ученика своему учителю. Полностью повиновавшись требованиям Святой Торы, сбросив с себя гордыню, под руководством учителя он становился все более чувствителен к громадности греха и к безграничному сопереживанию, присущему данной Богом силе примирения через раскаяние. "Пусть злодей оставит свой путь и неправедный свои мысли" (Исайя 55, 7) Кроме продолжительных молитв и суровых постов, он очищал свое сознание, иллюстрируя войну импульсов и борьбу между верой и неверием - на самом деле, борьбу за его собственную душу - в замечательных стихах. Он, конечно, мог бы сказать словами псалмопевца (Псалмы 51, 3): "грех мой всегда предо мной".
Ультраортодоксы-антисионисты не обладали тогда никакими навыками общения с прессой. На западе практически не знали о существовании этой идеологии. Поэтому энергичные лидеры сионизма могли продемонстрировать миру картину еврейской солидарности и общего порыва любви к Сиону, которая на самом деле была, мягко говоря, упрощенной.

Де Хаан был как раз тем человеком, в котором нуждались ультраортодоксы. Он становится их дипломатическим представителем, публикует антисионистские статьи в голландской и английской прессе.

Сионистские подпольщики из организации «Хагана» предложили ему покинуть Страну Израиля. Он отказался. И в 1924 году был убит Авраамом Техоми, боевиком «Хаганы». Это было первое политическое убийство в ишуве.

Якоб де Хаан, его жизнь и смерть, легли в основу романа немецкого писателя Арнольда Цвейга "Де Фриндт возвращается домой". Цвейг сперва думал, что де Хаан был убит арабами, и весьма удивился, когда узнал, что его убили евреи. В письме Зигмунду Фрейду он в 1932 году писал: "Оказывается, Де Хаан был убит не арабами, а евреем, политическим противником, радикальным сионистом, которого многие в стране знают и который до сих пор живет там!"

Сегодня де Хаан известен как голландский поэт, чья цитата выгравирована на Гомомонументе, и одновременно — как герой и мученик ультраортодоксальных экстремистов из «Нетурей Карта».

Во время последней войны в Ливане промелькнуло сообщение, что мусульмане, протестующие против действий Израиля в Ливане, разгромили памятник де Хаану в Амстердаме. Не разобрались, видать.



Стихи Якоба де Хаана



А вы - сионист?

Желтая звезда с розовым треугольником

Жизнь во время любви


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе