Поэзия Якоба де Хаана

Впервые на русском языке

Предисловие переводчика

Не могу причислить себя к любителям нидерландоязычной поэзии. Большинство авторов, которых мне довелось встретить как на языке оригинала, так и в переводах, прибегают к верлибру – на мой взгляд, так писать проще, нежели регулярной строкой с ясно выраженным ритмом. И переводить такие стихи, мне кажется, тоже проще: можно делать это буквально построчно. Практически ни один из этих поэтов меня не впечатлил – ни в оригинале, ни в переводе.

Якоб Иcраэль де Хаан оказался совершенно другим. Он не только чарует своей нежной, тонкой, интимно-отстраненной поэзией, но и задает переводчику нелегкую задачу: уместить плотный смысл в очень сжатую форму с весьма короткой (или, напротив, чрезвычайно длинной, но не по нашим правилам рифмующейся) строкой.

На русском языке об этом весьма неординарном, незаурядном человеке, писателе и поэте написано немного. Могу только сослаться на статью Шломо Крола. Из нее можно узнать об основных вехах жизненного пути де Хаана, личных наклонностях, политических взглядах и обстоятельствах смерти.

То, что я успела прочесть из де Хаана, показалось мне несколько экзальтированным. Возможно, это только рефлекс: в свое время я достаточно много переводила прозу соотечественника де Хаана и также гомосексуалиста Герарда Реве, чей литературный язык очень сложен и стремится к возвышенности. Отсюда и стиль моего перевода – впрочем, сонет, по-моему, и предполагает некую возвышенность. Я, однако, не специалист, а любитель, и вполне могу оказаться пристрастной.

Сильная сторона де Хаана – умение остановить чувственное мгновение, сделать случайную встречу, взгляд, интерьер, обстоятельство – важными, необходимыми и для себя, и для читателя, незабываемыми.

К сожалению, до сих пор никто еще не заинтересовался де Хааном настолько, чтобы начать его переводить, так что эта публикация в своем роде провокативна и имеет целью пробудить интерес к автору и его творчеству. Очень надеюсь, даже уверена, что люди, встретившиеся здесь с поэзией де Хаана, действительно заинтересуются ею, а кто-то сделает более тонкие и изящные переводы и с большим успехом продолжит мои опыты.

Я безмерно благодарна моим друзьям и прекрасным поэтам, искренне помогавшим мне советами по переводу: Рафаэлю Шустеровичу (Израиль), Ольге Мещерской (Нидерланды) и Геннадию Рябову (Россия). Ну и, конечно, заранее благодарна всем тем, кто захочет узнать о де Хаане и заинтересуется его творчеством. Оно того заслуживает.

Ольга Гришина







Юному рыбаку

Прелестней роз румяные ланиты,
Стопы нежнее, чем тюльпана цвет,
Ни в чьих глазах сильней желанья нет
Безмерной дружбы, что в твоих разлита.

За нами – вековечность океана
И вечный тусклый свет над головой,
Пустынный пляж, и только мы с тобой
Бродили там под рокот непрестанный.

Оставил я знакомые места.
Ты, весел, рыбарь, но блуждаю я
По Городу, измученный. Зане

Любить, страдать, бороться я устал.
Прости. Сжигает красота твоя.
Молись, чтобы достало силы мне.
Aan eenen jongen visscher

Rozen zijn niet zoo schoon als uwe wangen,
Tulpen niet als uw bloote voeten teer,
En in geen oogen las ik immer meer
Naar vriendschap zulk een mateloos verlangen.

Achter ons was de eeuwigheid van de zee,
Boven ons bleekte grijs de eeuwige lucht,
Aan't eenzaam strand dwaalden alleen wij twee,
Er was geen ander dan het zeegerucht.

Laatste dag samen, ik ging naar mijn Stad.
Gij vaart en vischt tevreden, ik dwaal rond
En vind in stad noch stiller landstreek wijk.

Ik ben zóo moede, ik heb veel liefgehad.
Vergeef mij veel, vraag niet wat ik weerstond
En bid dat ik nooit voor uw schoon bezwijk.



КАТРЕНЫ (1924)





Вагон-ресторан

Мгновенье вечное мерцали искры света
В бокале солнечном, когда он пил вино.
Бокал был мной воспет. Ему не знать об этом.
(Своих путей нам ведать не дано.)
Eetwagen

Hij dronk de wijn. Ik zag de zonnestralen
Eén eeuwig ogenblik verspelen in zijn glas.
Hij zal nooit weten (God weet waar wij dwalen!)
Dat ik de dichter van zijn wijnkelk was.



В поезде

Ни слов. Ни имени. В воспоминаньи зыбком
Смеясь, он мимо проспешил, и вот
Преследует меня его улыбка.
И память жжет.
In de trein

Geen naam. Geen woord. Ik weet slechts, dat hij lachte.
Hij lachte, toen hij haastig langs mij ging.
Nu door de dagen en de nachten
Martelt herinnering.




Ночной поезд

Наш поезд ехал сквозь ночную тьму.
Смеялся мальчик-лейтенант во сне.
Что за услады грезились ему,
Покуда я терзался в тишине?
Nachttrein

Een luitenant, maar niet meer dan een knaap.
Wij reisden samen des nachts in de trein.
Wat lot genoot hij lachend in zijn slaap?
Terwijl ik waakte en kromp van pijn.



Пробуждение

Дождался пробужденья, и тогда
Под смех его я набросал два слова.
Расстались мы. Но я клянусь всегда
Надеяться на чудо встречи новой.
Ontwaken

Ik wachtte tot hij waakte, en toen, ik schreef
Mijn weinig woorden op, terwijl hij lachte.
Wij scheidden, maar ik zweer: zolang ik leef
Zal ik 't wonder van 't wederzien verwachten



Покой

Журчания дождя не слышу я --
Сильнее шорох Моря.
Безмолвная, внимает Песнь моя.
И ветер ей порою вторит.
Rust

Het ruisen van de regen hoor ik niet
Door het ruisen van de Zee.
Ademloos luistert mijn Lied.
Soms ruist de zeewind mee.




Прибой

Пенною галькою море играет,
Вечность внемлет Песне его.
Когда же я Песни из уст исторгаю,
Слышать не хочет она ничего.
Branding

De Zee breekt over de schuimende keien,
De Eeuwigheid luistert naar zijn Lied.
Wanneer mijn Liederen schreien
Luistert de Eeuwigheid niet.



Радуга

В радуге неотделимо
Солнце от дождя.
Я думал: вот так и мы.
Нас разлучить нельзя.
De regenboog

Wie zal in de regenboog scheiden
De regen van de zon?
Zó dacht ik, dat ons beiden
Niets scheiden kon.



Самоубийство

При Жизни пришлось расстаться.
Теперь разлучает Смерть.
Покойся. Мне же терзаться,
Наслаждаться, скорбеть.
Zelfmoord

Toen scheidde ons het Leven.
Thans scheidt ons de Dood.
Gij rust. Ik word gedreven.
Langs wroeging, vreugde en nood.



Смятение

Перк, Гуттелинг... Стихи поэтов именитых.
И вот они ушли. А я – уйду ли весь?
В чем смысл трудов моих? Ведь будут позабыты
Мои земные песни – завтра или днесь.
Onrust

Ik lees gedichten van Gutteling en Perk.
Zij stierven. Als ik sterf, wie zal mij dan nog lezen?
Wat baat alles? Het Lied is menslijk werk,
Thans of later: 't zal eens vergeten wezen.


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе