Еврейский Львов в картинках

У Букника уже есть один фоторепортаж про Львов, четыре года назад нам рассказывала о своих впечатлениях весьма ученая и начитанная дама, чья камера подглядела жизнь руин и граффити. Изменилось ли что в этом славном городе? Что увидит в нем другой корреспондент Букника, приехав во Львов не на встречу специалистов по иудаике, а так, погулять?

Во Львове видели одну кошку, бесконечное количество свадеб, толпу мальчиков и девочек в вышиванках с разноцветными воздушными шариками на проспекте Свободы, первое причастие в соборе святого Юра, демонстрацию у памятника Шевченко за «Львов без гомосексуалистов» и потоки воды, льющейся с неба.

Во Львове? Вообще-то этот город давно уж не Львов и не Лемберг, а Львив. Здесь есть проспект Степана Бандеры и улица Джохара Дудаева. С трудом верится, что когда-то Львов был польским. И еврейским. До войны во Львове было больше 100 тысяч евреев, треть населения. Сегодня их осталось тысячи две.

У еврейской общины есть действующая синагога, проводятся всевозможные фестивали, но впечатлений от увиденного в городе это не меняет: на наших глазах история львовского еврейства, начавшаяся в XIII веке, подходит к концу.

Кажется, это один из немногих городов, где существовали сразу два еврейских центра. Первый из них сформировался к XIV веку у подножия горы Высокий Замок, в предместье, получившем название Краковского. При короле Казимире Великом евреям Львова, как и другим еврейским общинам Польши, были дарованы юридические привилегии.

В последней четверти века образовался и отдельный еврейский квартал внутри стен города, вокруг современной Староеврейской улицы. Так возникло еврейское гетто. Много веков общины предместья и гетто существовали раздельно, с отдельными синагогами и учреждениями, и только хоронили евреев на общем для всех кладбище.

К концу XVI века еврейское население сильно разрослось за счет приезжих с запада. Цены на землю в гетто взлетели до небес. К небу тянулись дома: места для всех было недостаточно, и в гетто появились первые во Львове многоэтажные здания. В это же время была построена и знаменитая синагога «Золотая Роза», впоследствии уничтоженная нацистами.

Евреи выживали как могли, благо им было разрешено заниматься торговлей, ремеслами и не слишком благовидным делом – ростовщичеством. Однако жить они могли только в гетто, причем городские власти и польские монархи неоднократно запрещали сдавать евреям в аренду дома и лавки вне еврейского квартала.

Частыми были и погромы – в XVI-XVII веках они случались раз в 10-20 лет. И все же этот период считается «золотым веком» львовского еврейства, давшим немало известных коммерсантов, врачей, финансистов, талмудистов.

Во второй половине XVIII века гетто формально, а затем официально объединилось с еврейской общиной предместья, а столетие спустя евреям было разрешено селиться вне гетто. Как и повсюду в Европе, еврейство Львова раздирали противоборствующие тенденции: наряду с хасидизмом ширилось движение Хаскалы или еврейского Просвещения, кто-то стремился побыстрее ассимилироваться, другие видели правильный путь в реформистском иудаизме. Страсти доходили до того, что в 1840-х годах один ортодоксальный противник реформаторов, обманом пробравшись в дом раввина реформистской синагоги «Темпль» Авраама Коэна, отравил ребе мышьяком.

С конца XIX века во Львов проникает сионизм, складывается уникальная еврейская культура «старого Львова», густо замешанная на австрийских и польских традициях. Сегодня от нее остались в основном лишь памятники и развалины. Увы, слишком многое в столице Западной Украины напоминает об уничтожении львовских евреев фашистами и их пособниками и слишком мало — об их живом присутствии.


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе