Дом Бялика вернулся к жизни

В пантеоне израильской культуры Хаим Нахман Бялик занимает особое место - место национального поэта. Под стать ему и дом Бялика, гордо красующийся на одноименной тель-авивской улице. Это даже не просто дом, а настоящая усадьба в европейском стиле, вид которого подчеркивает незыблемый статус ее бывшего владельца. Дом недавно закончили реставрировать, и сегодня он вновь притягивает восторженные взгляды прохожих. В январе здесь открыли культурный центр, и первым представлением в нем стал детский спектакль по мотивам книги Бялика "Стихи и куплеты для детей". При жизни поэта его дом отличался не только внушительным внешним видом, но и считался центром творческой жизни города, и теперь тель-авивский муниципалитет пытается восстановить былую славу.

Впрочем, всю улицу Бялика можно назвать "улицей пообветшавших дворцов". Рядом с Бяликом жить было престижно, и вместе с ним сюда перебралась тель-авивская элита тех времен – художник Реувен Рубин, поэт Яаков Коэн, поэтесса Эстер Рааб, промышленник Авраам Шенкарь и еще немало любопытных персонажей. Но даже на этом фоне дом Бялика выделяется. Первый проект дома архитектор Йосеф Минор создал еще в Берлине, до переезда Бялика в страну предков, и, если бы он был реализован, Тель-Авив получил бы еще одно функциональное строение, наподобие более поздних зданий в стиле баухаус, за которые город уважает даже ЮНЕСКО. Но Минор прибыл в Эрец-Исраэль и понял, что традиционно европейскому проекту здесь не место. Архитектор перенял множество элементов, характерных для мусульманского зодчества, и в результате на свет появилось самое эклектичное строение тогдашнего Тель-Авива. С одной стороны, монументализм типично европейского, практически колониального стиля, с другой стороны - по-восточному узкие арочные окна, потолки в виде усеченного купола и закругленная башенка, чудно смотревшаяся бы на мечети. Добавьте к этому разработанную в иерусалимской академии искусств "Бецалель" керамическую облицовку с библейскими сюжетами – своего рода еврейскую приправу к европейско-левантийскому салату.

Еще при жизни Бялику приходилось сталкиваться со слухами, будто великолепный дом ему подарила тель-авивская мэрия, во главе которой стоял его давний - еще по Одессе - друг Меир Дизенгоф. Бялик с заметным раздражением отвергал все упреки и подчеркивал, что заплатил из собственных денег не только за дом, но и за разрешение на его строительство. Архивные документы это подтверждают: муниципалитет помог Бялику только в административно-бюрократических вопросах.

Реставрация дома породила целую волну интереса к материальной стороне жизни национального поэта. Выяснилось, что Бялик был хроническим должником. Он постоянно брал кредиты, а затем, столкнувшись с трудностями, просил отсрочить выплаты или брал новый кредит. Хотя речь шла о знаменитости и гордости евреев Эрец-Исраэль, не все кредиторы проявляли понимание. Доходило до вызовов в суд и даже до ареста счетов поэта. Финансовые трудности чуть не помешали Бялику опубликовать и свою последнюю книгу - тот самый сборник "Стихов и куплетов для детей", по которым теперь в его доме ставят спектакль... При этом сам Бялик всегда старался помочь начинающим литераторам – как материально, так и связями, выводя их на потенциальных филантропов. Мало кто из получателей помощи подозревал, что национальному поэту она нужна никак не меньше. При жизни Бялик так и не смог полностью выплатить ипотечную ссуду за тель-авивскую усадьбу. Более того, ему пришлось сдать ее в аренду состоятельному семейству и переехать в частный пансион: поэт не мог позволить себе содержать гигантский дом с участком.

Несомненная гениальность Бялика в области литературы не распространялась на деловые прожекты. По совету другого литератора – Йехуды-Лейба Сильмана – он приобрел земельный участок в иерусалимском районе Бейт а-Керем, но из этой инвестиции вышел только парк: поняв, что участок уже не окупится, Бялик засадил его соснами, под которыми и сегодня резвятся иерусалимские детишки. Основанное поэтом издательство "Двир" также далеко не процветало – при отборе рукописей для издания Бялик руководствовался не коммерческими соображениями, а желанием способствовать национальному и культурному возрождению еврейского народа. На этом поприще он преуспел и снискал народную любовь.


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе