Что делает трехмерный сканер на еврейском кладбище?

Наверно, это было странное зрелище, когда по «Святому песку» бегали голубые ниточки лазера. Кладбище сканировали с четырех позиций, и теперь у Географического института Гейдельбергского университета имеется точный образ старейшего еврейского кладбища Европы, гигантский материал, около 20 миллионов точек. Следующая задача – упростить модель, убрав ненужные детали типа травы, но сохранив главное – надгробные плиты. Сканирование было частью междисциплинарного исследовательского проекта, в котором кроме Гейдельберга участвует Ведомство земельного правительства Майнца по сохранению памятников, Институт немецко-еврейской истории при университете Дуйсборга-Эссена. Цель проекта – подробное документирование кладбища и его истории.
Святые пески осеньюСвятой песок – Heiliger Sand – расположен в Вормсе, славном «городе Нибелунгов». Помимо бургундской королевской династии этот город знаменит тем, что был колыбелью ашкеназов. Точнее не один Вормс, а города «ШУМ»: акроним (שׁוּ''ם) Shin-Waw-Mem, от названий на иврите Spira, Warmaisa, Magenza, то есть Шпейер, Вормс и Майнц.

Один из видов кладбищаСамая старая надгробная плита в Вормсе датируется 1076 годом, очевидно кладбище возникло одновременно с первой синагогой, построенной в 1034 году. Захоронения продолжались до 1930-х годов (в 1911 года в городе появилось новое еврейское кладбище), до наших дней дошло примерно 1400 плит. Кладбище не просто древнее, оно уникальное: к примеру, вертикальных христианских надгробий романской эпохи не сохранилось, а в Вормсе на еврейских могилах можно увидеть именно такие плиты, устремленные в небо.

Надгробия Меира из Ротенбурга и Александера бен Саломона
Здесь похоронен Меир бен Барух из Ротенбурга (1215–1293), талмудист и тосафист, около полувека бывший духовным лидером еврейской общины в Германии. К нему обращались с вопросами раввины из Германии и Богемии, Италии и Франции, и известно более 1500 его респонсов. В 1286 году император Священной Римской империи Рудольф I, основатель династии Габсбургов, вновь объявил всех евреев «рабами казны» (servi camerae regis) и обложил новым, чрезмерным налогом. В ответ на это Меир бен Барух призвал евреев покинуть Германию, и сам отправился с семьей в Палестину. Однако в пути его схватили и, посадив в тюрьму, потребовали с еврейских общин огромный выкуп. Раввин запретил выплачивать выкуп, чтобы не создавать опасного прецедента. Он умер в заточении, и лишь в 1307 году его тело за 20 000 фунтов серебра выкупил франкфуртский торговец Александер бен Саломон (или Зюскинд Вимпфен). Их оба надгробья стоят рядом, недалеко от входа на кладбище.

Другие известные надгробья расположены в «долине раввинов»: например, талмудист и посек Яков бен Моше (Махарил), автор Sefer Minhagim (Книга обычаев), детального описания обычаев и ритуалов из жизни ашкенази, как религиозных, так и бытовых. По распространенной теории, именно Махарил скрывается под псевдонимом Абрахам из Вормса и является автором большого магического текста «Книга истинной практики древней магии», иногда называемого «Магия Абрамелина». Это первое из дошедших до нашего времени полных описаний ритуалов каббалистического заклинания духа, который приобрел большую популярность в XIX-XX веках и ценился оккультистами из Ордена Золотой Зари и Телемы. По завещанию Махарила вокруг его надгробия должно быть оставлено свободное пространство в радиусе 4 футов. Плита, к сожалению, повреждена в верхней части.

Умерших не тревожат, однако власти Вормса грубо нарушали их покой. Сохранилась жалоба еврейской общины 1519 года на то, что под кладбищем строится какой-то туннель. До недавнего времени историки ничего доподлинно не знали про эти странные земляные работы. В июне этого года действительно был обнаружен укрепленный подземный ход в северной части кладбища. Очевидно, это был тайный ход за городскую стену на случай осады города. Каменные своды туннеля датируются началом XVII века, причем в качестве строительного материала были использованы даже надгробные плиты. Впрочем, ход не для всех был тайной. Оскверненные плиты была вырыты из земли еще в 30-е годы прошлого века и вмонтированы в кладбищенскую стену. А одну нашли только сейчас и перевезли в городской музей для изучения. Во Вторую мировую войну часть туннеля служила убежищем. 70-летний житель Вормса вспомил, как они с мамой однажды прятались там во время воздушной тревоги. Сейчас по туннелю можно пройти только 44 метра, а дальше он перекрыт бетонной пробкой, сделанной, видимо, в начале войны. Неизвестно, сохранился ли ход дальше.

Сканирование надгробных плит поможет прочесть надписи, которые не видны невооруженным глазом. Лазер фиксирует мельчайшие неровности камня, и в дальнейшем можно отличить, где на надгробии надписи, а где – следы эрозии. Кстати, надписи и орнаменты на плитах – отдельная загадка. Кто их высекал? В Средневековье евреям было запрещено вступать в ремесленные цеха. Откуда же взяться каменотесам? Были ли в общине свои ремесленники или евреи давали заказы христианам? Иногда видно, что буквы высекались справа налево, а значит, каменотес знал иврит, чего вряд ли можно было ожидать от христианского ремесленника.

Еще одна достопримечательность Святого песка – живописная панорама, открывающаяся от кладбища к Собору, тому самому, где на ступенях поссорились Кримгильда с Брунгильдой. В 1933 году, в год своей эмиграции из Германии в Швейцарию, великий философ Мартин Бубер, так описал прогулку по Святому песку:

Вид имени Мартина Бубера
«Я живу недалеко от города Вормса, с которым меня связывает традиция моих предков, и время от времени я туда приезжаю. Приехав, я всегда вначале иду к Собору. Это воплощенная гармония всех членов, цельность, где ни одна часть не покачнет совершенства. Обходя Собор, я обозреваю его в полнейшей радости. Потом направляюсь на еврейское кладбище. Оно состоит из косых, расколотых, бесфороменных камней, глядящих в разные стороны. Я останавливаюсь и смотрю сквозь кладбищенский беспорядок на восхитительную гармонию, и мне кажется, будто я поднимаю взгляд от Израиля к Церкви. Здесь внизу нет ни крупицы формы; лишь камни и прах под камнями. Здесь – прах, хоть прах и летуч... Я там стоял, я был связан с прахом, и через него – с моими праотцами. Это – воспоминание о Событии с Богом, дарованное всем евреям. И от него меня не отвлечет совершенство христианского божественного пространства, ничто не отвлечет меня от божественного времени Израиля. Я там стоял и я познал все сам; вся смерть свершилась со мной: весь прах, вся расколотость, все беззвучные стенания – мои; но союз со мной не расторгнут. Я лежу на земле, свалившись, как эти камни. Но союз со мной не расторгнут. Собор – такой как он есть. Кладбище – такое как оно есть. Но союз с нами не расторгнут».

Читайте еще про смерть и еврейский взгляд на нее:

Тараща: как спасли память

Про кладбище во дворе дома престарелых

Еврейские пираты Карибского моря и их эпитафии

Рай, а в нем — жертвы рыцарей и праведники

Как евреи относятся к выкупу?


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе