Exodus

Я плакала, когда дочитала эту книгу, хотя прекрасно понимала, что это пропаганда, хорошая пропаганда, изготовленная по надежному рецепту американской мелодрамы. Но как можно было не плакать, если в финале плакал даже главный мачо, невозмутимый и непобедимый еврейский боевик Ари Бен Канаан, если он впервые открыл свое сердце возлюбленной-американке, а приемную дочь этой американки только что убили арабы? Кажется, что такое количество пафоса и сентиментальности не может уместиться в одной книге, однако оно там умещается и даже неплохо себя чувствует.

Книга американского писателя Леона Юриса «Исход» (1958) рассказывает об истории сионизма, о событиях, которые предшествовали созданию государства Израиль, и о войне, которая началась сразу после декларации ООН. Это остросюжетное повествование, главная героиня которого — вовсе не еврейка, а американка. Молодая женщина Китти Фремонт оказалась замешана во все эти еврейские дела случайно: привязалась душой к еврейской девушке-подростку (мать и братья погибли в лагере, отец сошел с ума). Леон Юрис несколько слишком прямолинейно, но зато убедительно показывает, что связи между людьми возникают по довольно причудливым законам и не обусловлены национальностью или возрастом. Но, разумеется, все положительные герои симпатизируют евреям и их мечте — возвращению в Эрец-Исраэль.

Есть книги, которые трогают до глубины души, есть книги, которые заставляют задуматься, а есть книги, которые меняют жизнь читателей — в самом буквальном смысле. Например, после выхода «Страданий молодого Вертера» в Германии вошли в моду самоубийства. Влияние «Исхода» было куда более жизнеутверждающим, хотя тоже драматичным. Роман стал культовой книгой советских евреев, оказался для многих первым источником информации о новейшей еврейской истории и косвенным, а то и прямым стимулом к отъезду в Израиль. Распространялся «Исход», разумеется, в самиздате. Наши друзья, уехавшие в начале 70-х, рассказывали, как после прочтения первой половины романа иронически рассуждали о его невысоких литературных достоинствах, а дочитав до конца, с грустью осознали, что скоро им придется навсегда проститься с друзьями и родственниками, — необходимость алии стала совершенно очевидна. Они не пожалели об этом ни на секунду.

Когда-нибудь и я буду жить в Израиле, и мои внуки спросят: что мы делаем здесь, в пустыне? Где наши апрельские снегопады, где июльские луга, где Бульварное кольцо и Третьяковская галерея? И я отвечу: бабушка когда-то прочитала книжку, но не отдала ей должное. Бабушка любила более замысловатую литературу, посложней и поинтереснее американской мелодрамы. Бабушка любила Бульварное кольцо и то, песочное, из школьного буфета. Но книжка, видимо, затаилась у нее внутри и взяла свое, доказав, что жизнь похожа скорее на мелодраму, чем на что-то более замысловатое.

Хотелось бы еще хеппи-энда.


    Материалы этого спецвыпуска

     

     

     


    Комментарии