Год иерусалимского граната

Рош ха-Шана без граната — все равно что Песах без мацы или Пурим без амановых ушей. Этот древний, как наша история, и кисло-сладкий, как наши мечты, плод Земли обетованной — символ общины Израиля. Стоит разломить его — и перед нами откроется сама бесконечность. Вот уж поистине — без окон, без дверей, полна горница людей, воплощение Кнессет Исраэль. Вкушая зерна граната в новогодний вечер, принято произносить сакральную формулу: «Да умножатся заслуги наши, как гранат». Сколь же счастлив иерусалимский житель, круглый год имеющий возможность прямо на городских улицах наслаждаться лицезрением гранатовых деревьев, цветов и плодов.

Лучше не скажешь про нашу древнюю столицу, чем сказали мудрецы Талмуда по несколько иному поводу: «Желающий видеть красу рабби Йоханана да принесет чеканный серебряный кубок и наполнит его зернами красного граната, и водрузит на него венец из красных роз, и поместит между солнцем и тенью — и сияние сие подобно будет красе рабби Йоханана». Йерушалаим среди городов словно рабби Йоханан среди прочих наших учителей, словно гранат среди плодов — скажет вам всякий, поднаторевший в талмудической казуистике, ибо подобно тому как гранат — не просто плод, вроде сливы какой-нибудь или, скажем, нектарина, а множество с числом элементов более одного, так и Йерушалаим — не просто город, вроде Лондона или Парижа, а целое множество, ибо само имя его двоится.

Цветок граната — прообраз Давидова щита, той самой шестилепестковой звезды, что «над нашей судьбою неспроста пламенеет». Весной эти яркие звезды среди свежей зелени листвы вспыхивают по всему городу. К началу лета появляются маленькие зеленоватые завязи плодов совершенной формы, вдохновлявшей еще строителей храма. Постепенно они делаются большими и тяжелыми, как наши невольные грехи, которые нам предстоит осмыслить и простить друг другу с наступлением дней раскаяния. И вот уже с приближением осени иерусалимские птички Божьи расклевывают их, оставляя светиться алым пламенем их вывороченные наизнанку доблести. Зимой темные, сухие, экспрессивно изломанные гранаты висят на голых ветвях, являя собой аллегорию бренности всего сущего. Но Иерусалим не довольствуется гранатами на городских деревьях и на рыночных прилавках. Их здесь постоянно рисуют, ваяют, отливают в бронзе, чеканят, лепят, глазируют, обжигают и складывают в мозаики.

Мы проследили и запечатлели для вас путь, пройденный многочисленными иерусалимскими гранатами за минувший год. Начинается новый год, и мы желаем вам, чтобы его радостные события было так же трудно пересчитать, как и зерна иерусалимского граната.

Текст: Некод Зингер
Фото: Гали-Дана Зингер


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе