Техника медленного чтения в мире быстрого перелистывания

|  11 марта 2011 Максим Эйдис   |  интервью, книги, концептуальный проект, танах, эшколот

Начиная с октября прошлого года в непосредственной близости от Кремля, в здании по адресу Моховая, 11, где располагается Институт Стран Азии и Африки, время от времени происходит нечто странное. Поздним вечером, несмотря на непогоду, выходные или праздничные дни, здесь собираются люди, зачастую даже не знакомые друг с другом, и вместе читают избранные тексты из Танаха или Талмуда. Медленно, по словам. Порой даже по буквам – сличая русский перевод с оригиналом и выявляя его, перевода, неточности и огрехи. Мини-циклы в формате «study group», организованные проектом «Эшколот» при поддержке фонда AVI CHAI, проходили в ИСАА уже пять раз и были посвящены «Дорожным рассказам» из Талмуда, Книге Ионы, Экклезиасту, Книге Эстер и Песни Песней. Слушатели (они же читатели) при содействии приглашенных экспертов — филологов, историков, религиоведов и философов — как будто заново прочитывали классические еврейские тексты, задаваясь вопросами, возникающими при таком углубленном чтении, и вместе искали на них ответы. О формате «study group» и методе «медленного чтения» рассказал корреспонденту «Букника» программный директор «Эшколот» Семен Парижский – филолог, преподаватель и специалист по ивриту и средневековой еврейской литературе.

Максим Эйдис: Откуда появилось название метода «медленное чтение»?

Семен Парижский: «Close reading» – стандартный термин из западноевропейской литературной критики, означающий внимательное, вдумчивое чтение классической литературы. Изучение шаг за шагом, анализ значения каждого образа, каждого слова. Мы придали этому термину новый оттенок, назвав его по-русски «медленное чтение» и поставив в контекст «slow food vs. fast food». «Медленное чтение» — отчасти антимодернистский жест: люди сегодня читают слишком быстро, утрачивая из-за этого «вкус» чтения. Наконец, наш метод апеллирует к древней еврейской практике мидраша, основанной на том, что с самыми важными вопросами мы обращаемся к базовым текстам и пытаемся добиться от них ответа. Для этого у евреев 2000 лет назад возникла особая техника чтения-допроса сакральных текстов — мидраш – и соответствующий институт: бейт-мидраш. Вот мы и хотим объединить в формате study group все три этих контекста: европейская литературная теория, антимодернистское «медленное чтение» и бейт-мидраш.

М.Э.: Для толкования, раскрытия смысла сакральных текстов в study group используется не только информация из других еврейских текстов, но результаты научных (например, археологических) исследований. Насколько это правомерно? Ведь Танах существовал внутри закрытой еврейской текстуальной культуры и не предполагал, наверное, дополнительных научных изысканий?

С.П.: Нет, уже в Средние века классические еврейские комментаторы (Раши, ибн Эзра и прочие) использовали филологические, исторические и другие научные методы. Танах – междисциплинарное явление, его нельзя рассматривать в рамках только одной дисциплины. И кроме того, современному читателю необходимо восстановление контекста, который для древнего читателя был попросту очевидным.

М.Э.: Кстати, о контексте. Какие-то фрагменты Книги Ионы, как я слышал во время study group, сегодня трактуются исследователями как ироничные или пародийные. Но ведь то, что кажется нам ироничным сейчас, совершенно не обязательно было таковым на момент создания книги. Или, например, в study group утверждалось, на основании 4 Цар 14:25, что Иона был не просто пророком, а «пророком-профессионалом» – человеком, который зарабатывал пророчествами на жизнь. Но ведь героем Книги Ионы мог быть какой-то другой Иона, разве нет? То есть здесь можно строить лишь теории, ничего не утверждая с точностью?

С.П.: Утверждать, что Иона в 4-й книге Царств и главный герой Книги Ионы разные люди, – умножение сущностей без надобности. Но, возможно, автор Книги Ионы (которая была написана позже 4-й книги Царств) сделал своим героем уже известного из истории пророка. Что же касается иронии и пародии, то они рассматриваются нами не исходя из современных представлений, а через анализ огромного массива пророческой литературы, жанрового анализа и сравнения. Хотя те эксперты, которые называли Книгу Ионы пародией, и не утверждали этого аподиктически. Скорее, поэтически.

М.Э.: И все же многие предположения, которые я услышал в study group, могут показаться надуманными. Может быть, под ними есть большой исследовательский базис, но в формате study group, видимо, нет возможности доказательно его раскрыть. Какой тогда смысл именно в таком формате? Можно же просто организовать цикл лекций, где рассказать собравшимся о неизвестном им контексте той или иной книги?

С.П.: При «медленном чтении» работает несколько иной доказательный механизм: он связан с убедительностью того или иного прочтения. Убедительность, как и в случае с риторикой, здесь связана с групповой динамикой и основана на формировании консенсуса и конвенций в конкретной группе читателей. Аргументация связана не столько с внешним научным дискурсом, сколько с аргументами в пользу того или иного толкования самого текста. И не стоит забывать, что close reading – чтение в группе, но с экспертом, который имеет определенные достижения в своей научной области.

М.Э.: Тогда почему эксперту просто не прочесть лекцию? Потому что это будет не так интересно?

С.П.: Потому что то, о чем говорит эксперт, должно ложиться в прочтение текста. Во время «медленного чтения» не текст иллюстрирует те или иные тезисы (как на лекции), а наоборот: логика разворачивания дискурса связана с процессом чтения текста.

М.Э.: Но ведь экспертов, наверное, много. Как я понял, идея о том, что Книга Ионы пародийна, отнюдь не признана всеми библеистами.

С.П.: Читатели могут сами решить, насколько убедительно такое толкование. Наша задача – дать максимально объемное и многослойное прочтение, чтобы оставить место для работы самого читателя. Ну и дать ему инструменты для дальнейшего погружения в текст: библиография, подходы и т.п. Еще мы следуем определенной диалектике части и целого, поэтому чередуем чтение по частям с концептуальными лекциями о книге в целом. Это известный герменевтический круг, когда часть можно понять только в контексте целого, но целое складывается только из частей.

М.Э.: На чем основан выбор той или иной книги для «медленного чтения»? Можно ли надеяться, что когда-нибудь в Москве пройдут study groups, на которых слушатели будут «медленно читать» Танах с самого начала?

С.П.: Мы выбираем книги, исходя из нескольких критериев.

Во-первых, тексты должны быть небольшими, чтобы их можно было прочитать целиком за обозримое время. Мы начали экспериментировать с переходом от разовых мероприятий к более регулярным занятиям, но такой переход может быть только постепенным. Мы не можем сейчас быть уверены, что люди станут ходить на study groups в течение, например, года, поэтому в текущем сезоне study groups состоят пока только из четырех занятий. В дальнейшем, возможно, мы увеличим длительность мини-циклов.

Во-вторых, для нас играет роль степень «классичности» книги. Мы стараемся выбирать книги, оказавшие определенное влияние на европейскую культуру, — Книга Ионы, Песнь песней, Экклезиаст. В Танахе есть маленькие книги, которые почти никто из людей, выросших в европейской культуре, не знает и не читает. Они для нас не приоритет.

В-третьих, как я уже говорил, «медленное чтение» невозможно в отсутствие экспертов. Поэтому при выборе книги мы руководствуемся и их наличием в пределах досягаемости. Что же касается вашего второго вопроса, то целиком Танах читать бессмысленно. Это же не книга, а библиотека.

М.Э.: И все-таки, что такое study group по сути — филология, история, религиоведение? Поможет ли знание того, внутри какой именно рыбы сидел Иона и каким образом персидский царь мог избавиться от неугодной жены, постижению глубинного смысла книги?

С.П.: Study group — междисциплинарный формат: это чтение классических книг через призму филологии, истории, этнографии, антропологии, религиоведения. Речь идет скорее не о постижении глубинного смысла книги, а о начале пути, о разведке, об овладении навыками и приобретении вкуса. То есть человек как бы ставит изучаемую книгу в раздел «прочитанное» на своей виртуальной книжной полке, и если ему захочется покопаться в этой книге еще – он будет знать, с какой стороны к ней подойти.

М.Э.: Метод close reading применялся в Западной Европе для светских текстов, в Москве же его применяют к текстам сакральным. Это первый такой эксперимент в наше время, или подобное сейчас делает кто-то еще в других странах — в Израиле, например?

С.П.: Библеистика в XX веке, особенно во второй его половине, уже вовсю использовала новейшие достижения литературной критики и теории (структурализм, гендерный анализ, reader-response criticism и т.п.) Однако можно сказать, что да, таким методом книги Танаха читаются впервые на мини-циклах проекта «Эшколот». Во всяком случае, мы искали аналогичные случаи в российской практике, но не нашли.

И другие способы чтения:
Переводческие
Редакторские
Читательские


     

     

     


    Комментарии