Распалась связь времен, или Сложности перевода

|  3 июня 2013 Макс Горц   |  эшколот

Когда мы говорим о смене эпох, то имеем в виду не смену правителей или режимов, а изменение культурных кодов. На встрече «От античности к халифату» приглашенный проектом «Эшколот» исследователь раввинистического иудаизма Алексей Сиверцев из Университета DePaul в Чикаго продемонстрировал — на примерах из еврейской культуры — подобную смену, вызванную арабскими завоеваниями VII века. На протяжении почти тысячелетия до этого на территории Палестины основными языками оставались арамейский и греческий, несмотря на политические пертурбации. И тот факт, что император Юстиниан II Безносый на рубеже VII–VIII веков по просьбе арабского халифа посылал ему архитекторов для строительства дворца, подтверждает: византийцы рассчитывали, что арабы постепенно станут частью греко-римского семиотического пространства. Однако в течение века арабский полностью сменил греческий в качестве разговорного и официального языка. И еврейские тексты тоже постепенно переходят с арамейского на арабский.

Впрочем, представленная лектором рукопись из Каирской генизы, написана не по-арабски. Это палимпсест — надпись на иврите поверх текста по-гречески, про который, к слову, мы даже не можем с уверенностью сказать, является ли он христианским, еврейским или самаритянским. Важно, что к IХ веку он утратил свою значимость, и носитель был использован повторно для записи пиюта (литургического песнопения), созданного в VI веке автором по имени Яннай. Интересно, что если бы не Каирская гениза, мы бы знали всего об одном пиюте Янная из сотен известных нам теперь. Примерно к Х веку с ними случилось самое неприятное, что может произойти с текстами, — они просто оказались невостребованными в изменившейся культурной ситуации.

Письмо Пиркоя бен БабояОтвета на вопрос «почему?» у нас нет, но догадки строить есть на чем. Вот, например, открытое письмо вавилонского раввина по имени Пиркой бен Бабой еврейским общинам Северной Африки и Испании, написанное на рубеже VIII–IX веков. В нем сей досточтимый муж объясняет, что вавилонский иудаизм является единственно верным, в то время как иерусалимская версия утратила связь с традицией и галахой. В силу гонений при римлянах и византийцах, евреи Эрец Исраэль были вынуждены молиться не так, как должно, а так, как дозволялось, а теперь пытаются доказать, что «обычай отменяет галаху». До недавнего времени исследователи считали, что в письме изложена реальная версия событий, и написали немало работ про то, как притеснения со стороны римлян способствовали нарушению преемственности еврейских традиций и общему упадку. Однако потом пришли к выводу, что пропаганда не обязана быть на сто процентов правдивой, ей достаточно выглядеть правдоподобно. Археологические находки подтверждают, что в IV–VI веках в Эрец-Исраэль существовала развитая и богатая еврейская культура. Она сильно отличалась и от вавилонской, и от того, что было позже во времена арабского владычества. Но назвать упадком это, судя по всему, вполне комфортное существование в рамках византийского семиотического пространства никак нельзя.

Кстати, одной из палестинских традиций, вызывающей неприятие учителей в Вавилонии, являются как раз вышеупомянутые пиюты. При этом пиюты византийского периода вышли из употребления, скорее всего, не по указке из Вавилона, а потому, что даже грамматические нормы иврита к Х веку воспринимались через призму арабской грамматики и стихотворные строки прошлых веков утратили свое очарование. Что уж тут говорить о смене культурного контекста.

Не ограничиваясь текстами, Алексей Сиверцев привел пример из области визуального искусства. Полы синагоги в мошаве Нааран примечательны не только превосходной мозаикой с изображением зодиакального цикла и еврейским орнаментом, но и тем, что все фигуративные изображения на этой мозаике были уничтожены. Спустя века мы даже не знаем, кого в этом винить. Версия, близкая Сиверцеву, состоит в том, что это сделали евреи по собственной инициативе, потому что изображения, уместные и понятные в греко-римском контексте, спустя несколько поколений оказались мало того что непонятными, но еще и нарушающими новый порядок вещей.

Ну и напоследок интеллектуально-фантазийное упражнение: попробуйте представить, что все наши знания об эпохе Второго храма исчерпываются только тем, что известно из памятников еврейской культуры (ТАНАХ и талмудические притчи). Не так важно, какая картинка получится, важно сделать правильный вывод. Память, как личная, так и коллективная, сохраняет далеко не все, так что при кажущейся непрерывности семиотическое пространство все время меняется. И поделать с этим испорченным телефоном нечего.


     

     

     


    Комментарии