Саквояжики для Торы, паровозики для специй и многое другое

Николай Смирнов 12 февраля 2008
Побывав на выставке уже несколько раз, я до сих пор не могу однозначно ответить на вопрос – с какой стороны лучше начинать ее обзор? Экспозиция занимает два зала и имеет два входа и, соответственно, два выхода. Если вы начнете с зала, который ближе к лестнице, то сразу окунетесь в мир Текста и Книги. Это зал Того, чье имя не произносят. Смысловым центром этой части выставки является Тора. Здесь же выставлены редкие первопечатные книги и страницы рукописей, извлеченные из древлехранилищ Публичной библиотеки и Института востоковедения РАН.

Все экспонаты этого зала – неотъемлемый фон священного текста. Будь то живописные виды Израиля и Иордании, проецирующиеся на большом экране, или изящно украшенные серебряные короны для свитка Торы, или медная кружка для ритуального омовения рук. Все это - лишь материальное свидетельство того, что делает иудея иудеем, – его веры. И именно в этом зале расположены стенды с изложением основной хронологии еврейской истории от Авраама и до 1917 года.

Если же вы войдете в другую дверь, расположенную дальше от лестницы, то, закрыв глаза, попадете прямиком в мир еврейской музыки. Откроете глаза – и вы в Витебске эпохи Шагала. Вы – соучастник гениального художника, хотя все ваше соучастие и исчерпывается просмотром редкой архивной кинохроники и нарезки сюжетов, когда-то замерших на холсте. Ряды стоящих перед экраном скамеек, среди которых нет пустующих. Вот благообразные муж с женой – бывшие советские инженеры, дедушка с окладистой бородой и горящим взглядом, чертовски красивая девица в черных кудрях и со своим, скорее всего, Петром, потому что не Иосифом. Тот самый отец с очаровательными детьми, ибо все еврейские дети в этом возрасте очаровательны. Они постигают простые вещи. Например, почему Шагал изобразил именно козу в этой своей картине. Вот и ответ – местечковые молодожены прогуливаются на пленере с живой козой. Витебск, Рига, Ковно? А вот эта свадьба – на улице какого городка жених целует свою невесту? Редкие восстановленные кадры из Госфильмофонда, разрешающиеся тоникой картин Шагала, не отпускают вас, заставляя зачарованно пересматривать короткий черно-белый немой фильм.

На стене, слева от экрана, очень скромный иконостас отцов-основателей. Чтобы разглядеть их, нужно подойти совсем близко. Чтобы узнать об их жизни – безнадежно далеко запрокинуть голову. Кто они, эти люди на выцветших фотографиях начала XX века?
Семен Акимович Ан-ский – такой псевдоним взял себе Шлойме Занвл Раппопорт, крупнейший еврейский культурный деятель дореволюционной России, основатель Еврейского музея в Петербурге и организатор этнографических экспедиций в черте оседлости. Энтузиаст изучения еврейской культуры, один из основателей партии социал-революционеров, депутат Учредительного собрания, первый исследователь фольклора шахтеров, автор гимна Бунда, создатель Еврейской историко-этнографической комиссии в Вильно, переводчик русской поэзии на идиш… Гораздо легче перечислить те области, которые не затрагивала его деятельность. Умер в эмиграции, в 1920 году.

Основатель русской палеоэтнологической школы – Федор Кондратьевич Волков (Вовк). Антрополог и этнограф, сотрудник Этнографического отдела Русского музея. Собранная им коллекция вещей и фотографий из Восточной Галиции была подарена музею и вошла в состав фонда еврейской культуры.

Александр Александрович Миллер – археолог-кавказовед, этнограф. Работая в начале XX века в Витебской и Могилевской губерниях, создал представительную коллекцию предметов семейной, праздничной и погребальной обрядности еврейских диаспор этого региона. Наряду с этим он был первым собирателем коллекций, отражавших быт и культурные особенности горских евреев. Погиб в лагере в 1935 году.

Исай Менделевич Пульнер – этнограф-кавказовед, специалист по этнографии евреев. Собирал этнографические коллекции в Грузии, Белоруссии, Украине и в Еврейской автономной области, во второй половине 1930-х гг. возглавлял Еврейскую секцию Государственного этнографического музея. Именно Пульнер разрабатывал программу полномасштабного этнографического изучения евреев СССР, однако эта важная работа прервалась после его смерти в 1942 году и более уже никогда не возобновлялась.

Соломон Борисович Юдовин – художник-график, участник этнографических экспедиций Ан-ского, сотрудник Еврейского музея. В РЭМе хранится коллекция его экспедиционных зарисовок еврейских надгробий и орнаментов.

Они – создатели уникальной этнографической коллекции. Коллекции, равной которой нет нигде в мире – чудом сохранившейся материи утраченной цивилизации штетла. Вы знаете, чем быт бухарских евреев отличался от быта горских евреев? Что было на праздничном столе в субботу? Как выглядела ктуба или ритуальный «тещин пирог»? Чем отличается менора от ханукального восьмисвечника? Слышали ли вы о рейзелах? Как бы то ни было, попадая на выставку, вы, как минимум, лишаетесь права на мифотворчество. Евреи – это народ!

В зале, посвященном синагоге, этому объединяющему центру еврейской жизни, мы беседуем с куратором выставки, старшим научным сотрудником Института востоковедения РАН, признанным специалистом по еврейским рукописям, доктором исторических наук С.М. Якерсоном.

Семен Мордухович, насколько я понимаю, этот зал – Ваша заслуга?

В определенной мере – да. В Петербурге хранится самая крупная в Европе коллекция еврейских первопечатных книг – инкунабул. В том числе книг, напечатанных в XV веке. Здесь представлены некоторые из них. Например, первое в мире издание трактата Вавилонского Талмуда «Нида» (о ритуальной чистоте и нечистоте), 1488 года, отпечатанное в Сончино, в Италии. Оно бесценно. В мире осталось четыре или пять экземпляров, и один из них представлен здесь.

Вот эти изумительные по своей красоте вещи, выполненные из драгоценных металлов, можно сказать, что они – явление именно еврейского искусства?

В этом зале мы становимся свидетелями того, как все, что связано с культом, постепенно превращалось в образцы еврейского синагогального искусства. Оно представлено здесь очень и очень ярко. Например, коллекция указок для чтения.

Надо сказать, что у евреев существовало несколько вещей, которые помогли им в течение всего исторического периода существовать как единому народу. В частности, существование синхронизированной системы чтения и изучения библейского текста. Весь текст был разбит на одинаковые фрагменты, которые во всех общинах читали в один и тот же день. Можно было приехать из Марокко в Одессу и наткнуться на ровно тот кусок, который учат твои дети в Марокко.

Сакральность библейского текста заключалась еще и в том, что его нельзя было трогать руками. Поэтому возникли так называемые йады – «руки» (указки, в виде человеческих рук). Ими указывали на место в тексте, которое нужно было читать. Постепенно из просто функциональной вещи они превратились в настоящее произведение искусства. Специалисты отличают несколько школ их изготовления; восточноевропейская традиция оформления йадов заметно отличалась от западноевропейской.

А это, если я правильно понимаю…

Да, это ножичек для обрезания. Но, несмотря на утилитарный характер, здесь представлены вещи, про каждую из которых больше может говорить искусствовед, нежели гебраист.

Семен Мордухович, Вы не в первый раз упоминаете о культурных различиях восточного и западного еврейства, но ведь было и то, что их, безусловно, объединяло, – Тора?

Обратите внимание на эту витрину – здесь показано, как хранились свитки Торы в синагогах. Так вот, в Европе их хранили вот в таком виде: их связывали и одевали в некое подобие «плаща» – это и называется на идише Тора-мантл. А на Востоке, наоборот, делали специальный жесткий саквояжик – тик, и вкладывали в него текст, который тщательно закреплялся внутри. Этот «саквояжик» открывался, и в процессе чтения свиток с текстом можно было переворачивать с помощью специальных штырьков. Вот такие две совершенно разные техники.

Здесь представлены преимущественно этнографические вещи или, так сказать, «аналогии»?

Безусловно, это этнографические вещи. Вот этот чан для воды стоял в синагоге, чтобы люди, которые проводили там дни и ночи, могли совершать омовения или пить. Это очень простая вещь, но она совершенно реальная и привезена из конкретного места, в самом начале XX века.

Семен Мордухович, экспозиция второго, большего зала, где мы с Вами сейчас находимся, выполнена вполне в традициях этнографического музея: предметы бытовой культуры, костюмы евреев разных регионов... Что же такое эта цивилизация штетла?

Мы входим во второй зал, и можно сказать, что через него мы входим в Российскую империю. Всем известна активная внешняя политика России при Екатерине II и в дальнейший период, вплоть до Александра I и Отечественной войны 1812 года. Но именно эпоха царствования Екатерины II – период приобретения больших территорий. В частности, три последовательных раздела Польши и присоединение Крыма привели к тому, что вместе с новыми землями Российская империя внезапно приобрела массу вообще нехристианских подданных, к чему была совершенно не готова. И в том числе только еврейского населения – больше миллиона сразу. То есть в конце XVIII века Россия стала страной с самым большим в мире еврейским населением.
Вот здесь на стене висят две карты Российской империи, где показаны основные места расселения евреев. На первой карте Средняя Азия и Кавказ: бухарские евреи – это и Бухара, и Ташкент, и Самарканд, горские евреи – это Тифлис, Дербент, Баку, Эривань. На второй карте, уже европейской части, показана черта оседлости. И вот в этой большой экспозиции и представлены разные аспекты быта, праздничного цикла, предметы одежды и утвари, всего того, что было связано с жизнью евреев в черте оседлости.

Что лежит в основе такого деления еврейского населения Российской империи на европейское еврейство и восточное, среднеазиатско-кавказское?

Вообще надо сказать, что если кто однозначно и выиграл от присоединения к Российской империи, так это были восточные еврейские общины Средней Азии, Бухарского ханства и Кавказа (кстати, в войне против Шамиля активную поддержку русской армии оказали местные воинственные еврейские племена). И этому есть две причины. Во-первых, новая российская администрация уравняла их в правах с местным мусульманским населением (до этого никакого равенства с мусульманами они иметь не могли). А во-вторых, для них это был очень важный духовный прорыв, потому что горские общины с точки зрения иудаизма (идеологии, религии) находились на очень низкой стадии. Они не имели своих мудрецов, книг, мало что знали… Они были, что называется, бытовыми евреями. В советское время что-то подобное можно было наблюдать в Грузии – знания определенного не было, но некоторые традиции соблюдались: детей обрезали, хоронили по определенному обряду. А после присоединения горские евреи столкнулись с огромной, очень развитой и хорошо поставленной системой обучения, которая была у евреев Восточной Европы. И вот это восточноевропейское еврейство с книгами, с идеями постепенно втянуло кавказских евреев в свое культурное поле. Таким образом, они, с точки зрения своего развития, как народ или этноконфессиональная группа очень выиграли.
Восточные коллекции, которые вы видите здесь, конечно, занимают очень много места, особенно по соотношению с материалами европейского еврейства. Казалось бы, они не должны быть центром внимания, но все дело в их уникальности. В мире практически нет этнографических (собранных в научных экспедициях) коллекций костюмов евреев Средней Азии и Кавказа. А здесь все эти костюмы представлены. Не только костюмы, но и украшения, амулеты, женские парики, фотографии грузинских и бухарских евреев – они тоже совершенно уникальные и все находятся в составе обширной еврейской коллекции музея.

То есть важность этой коллекции в конкретных вещах или же вообще в ее появлении?

Здесь все уникально. Уникальны реальные костюмы, которые более нигде не сохранились, еврейские лубки, потому что они и не могли сохраниться… Почему я употребляю все время это слово – уникальность? Дело в том, что в истории евреев черты оседлости всего один раз произошло важнейшее для них событие: в Санкт-Петербурге, в начале 1912 года была сформирована настоящая профессиональная этнографическая экспедиция. Экспедиция по изучению евреев черты оседлости. Никто их до этого профессионально не изучал.
Экспедиция работала в течение трех сезонов, Ан-ский был исследователем безудержной энергии. Кроме того, он получил достаточное финансирование – экспедиция была посвящена памяти известного мецената барона Горация Гинцбурга и оплачивалась его братом, киевским бароном Гинцбургом.
Был составлен сложнейший опросник, подобраны специалисты-этнографы, которые большим коллективом несколько раз выезжали на сезонные исследования в различные местечки. Они делали фотографии, зарисовки, покупали или получали в дар рукописи, книги, костюмы. Затем все это привозилось в Петербург, где в 1916 году был открыт один из первых в мире и первый в России еврейский музей. Для него было построено специальное здание на 5-й линии Васильевского острова. Музей там просуществовал до 1929 года. Закрыли его большевики под предлогом борьбы с национализмом и в рамках «ликвидации еврейских буржуазных структур». Большая часть материалов была передана в Российский этнографический музей.

В экспозиции представлены вещи только из собрания Этнографического музея (не считая рукописных и печатных текстов из Публичной библиотеки и Института востоковедения), или есть экспонаты из других фондов?

Да, например, очень ценные серебряные блюда из Музея истории религии. У них очень хороший фонд, но он не такой чистый. Здесь это материалы экспедиций, непосредственные приобретения, закупки. А там очень часто конфискации, непонятное происхождение…

Эта экспозиция должна быть еще интересна и тем, кто ценит бытовые подробности, частности ушедшей жизни, воссоздающие не только этнические или конфессиональные обычаи, но и саму атмосферу эпохи.

Для тех, кто понимает и имеет вкус к быту, здесь очень многие вещи привлекают внимание. Этот пасхальный стол, сервированный несколькими типами тарелок, изготовленных в разных регионах Западной и Восточной Европы, формы для печений, муляжи коржей (специально отмечу, что это муляжи, изготовленные еще тогда, в 1912 - 1914 годах). Вот здесь представлены рейзелы – резные украшения из бумаги на праздник Шавуот. Безусловно, это ценная коллекция различных предметов утвари, которые также стали и предметами искусства: коллекция восьмисвечников, т.е. специальных светильников для конкретного праздника – Хануки. Потому что известный всем храмовый светильник, подробно описанный в Библии, – семисвечник.

А вот эти волшебные образцы ювелирного искусства тоже имеют утилитарное значение?

В этой витрине представленная очень интересная коллекция бесамим (годесов) – емкостей для ароматических трав и специй. В иудейской традиции существует специальный обряд размежевания между буднями и праздником – кончается суббота, начинается будний день, нужно идти на работу. В обряд завершения праздника входят благословения, и одно из них – это благословение на сильно пахнущие ароматные травы и специи. Их клали в разного рода ящички, которые или открывались, или имели отверстия, чтобы можно было нюхать. В Европе клали, например, корицу, на Востоке – мяту… Изготовление годесов превратилось во всех регионах, где бы евреи ни жили, в местное ремесло. Здесь можно видеть разнообразные годесы в форме птичек, букетов, готических башен – явное свидетельство европейских мастерских. С того момента, как Самуил Поляков построил четверть всех железных дорог России, стали делать годесы в виде паровозиков.


    • вРЭМенный музей

      Николай Смирнов 12 февраля 2008

      3 ноября 2003 года в Кремле В.В. Путин встречался с премьер-министром Израиля Ариэлем Шароном. Они обсуждали перспективу открытия к 60-летию Победы в Москве, в Центральном музее Великой Отечественной войны экспозиции, посвященной Холокосту. Именно тогда российский президент сделал следующее неожиданное заявление...

     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе