Возрожденцы

Гуго Гроций, Дон Ицхак бен Иегуда Абрабанель, Йосеф Дов-Бер ха-Леви Соловейчик — имена эти обычно не произносят подряд. Однако все вместе они — и связанный с ними опыт, а также идеи межконфессиональных контактов — очень важны. К пониманию этого нас подталкивает новое увлекательное издание — «Гебраистические аспекты Возрождения: источники и встречи». Поневоле задумаешься о сложностях, успехах и неудачах столкновений иудаизма и христианства. Несмотря на множество своих сильных сторон, книга эта лишний раз напоминает, что и в эпоху Возрождения, и поныне эти контакты довольно формальны, зачастую ограничиваются академическими интересами, и в них никак не вовлечено большинство членов обеих религиозных общин.

Фактически, «Гебраистические аспекты» предназначены для ученых — это продукт научной конференции, прошедшей в Хайфе в мае 2009 года, и пять из 14 статей, собранных в этом томе, написаны по-французски. Но и неспециалист найдет в книге интересный материал. Один ее раздел посвящен Каббале и мистике, другой — пообъемнее — философии и гуманитарным наукам. Редакторы тома — Илана Зингер, Авраам Меламед и Цур Шалев, — а также участники сборника представляют широкий ассортимент детально проработанных исследований, по словам Шалева, «сложных взаимодействий еврейской и гебраистической культуры с христианским миром эпохи Возрождения». Перед нами предстает яркая и цветная, часто удивительная панорама тех пределов, до которых доходили евреи в гуманитарной и печатной культуре, если их одолевала решимость внести свой вклад в преимущественно христианский научный дискурс.

Часто им это удавалось. В статьях Даниэля Стейн-Кокина и Артура Эйффингера отмечается, что христианские гуманисты — такие как Эгидий из Витербо (ок. 1469 — 1532) или голландец Гуго Гроций (1583–1645) — читали священные еврейские тексты: больше всего Библию и комментарии раввинов к ней, но еще и каббалистические трактаты. Эти христиане вводили некоторые аспекты иудейской традиции в свои ученые труды, даже когда аспекты эти могли оказываться несовместимыми с христианской мыслью по тем же вопросам или прямо противоречили ей.

Седрик Коэн Скалли дает нам пример по большей части положительного еврейского отклика на возрожденческую культуру. Ицхак Абрабанель (1437–1508) ученый и государственный муж — демонстрировал собственную «культурную интеграцию» тем, что работы свои писал по-португальски, по-испански и по-итальянски. Среди важных дня него вопросов — природа любви: предмет этот крайне интересовал грамотную христианскую аудиторию.

Вместе с тем, читатель этого тома едва ли не заметит иронию в том, что насилие — реальное или предполагаемое — бросало тень на все эти ученые предприятия. Когда в 1492 году евреев изгоняли из Испании, никакая «культурная интеграция» Абрабанеля не спасла. В статье Анни Молинье и Беатрис Перес описывается эволюция испанских законов о «чистоте крови» в XV–XVI веках. В XVI веке, в эпоху расцвета христианского гуманизма, тем не менее, прошла целая волна еврейских изгнаний — включая территории нынешней Германии, — а также основание венецианских гетто. Вероятно, это случайность, однако говорящая: сборник заканчивается неоднозначной статьей о связи научных исследований Возрождения и фашизма в Италии при Муссолини. Ее автор Дэвид Баум напоминает своим читателям, что многие ученые, на чьих трудах основывалась и, до определенной степени, продолжает основываться наука о Возрождении, были фашистами и «узколобыми расистами», а расовый антисемитизм после 1938 года был неотъемлемой частью итальянского фашизма.

После Холокоста иудео-христианские отношения претерпели коренную перемену. Христианские теологи и церкви пересмотрели свои прежние предубеждения. Они принялись искать встреч с евреями лицом к лицу — включая обустройство иудео-христианских дискуссионных групп. Еврейские лидеры поначалу сомневались, но, по большей части, приглашение все же приняли. Видным исключением стал ведущий послевоенный современный ортодокс, раввин Йосеф Соловейчик. В своем эссе 1964 года, озаглавленном «Конфронтация», он отрицал возможность продуктивного диалога о чем бы то ни было, кроме самых практических вопросов, вроде общего гражданства и совместного участия в политическом процессе. Даже согласие вступить в диалог о религии из самых лучших побуждений, утверждал он, станет показателем того, что евреи готовы «пересмотреть исторические отношения» и «торговать фундаментальными вопросами веры». У современных ортодоксов взгляды Соловейчика нынче не в моде. В августе этого года раввин Хершель Шахтер, рош-ешива Университета Ешива, некогда возглавляемого Соловейчиком, подвергся жесткой критике от единоверцев за сомнения в мудрости диалога иудеев с католической церковью.

Почти несомненно, что в последние полвека иудео-христианские отношения стали дружелюбнее, чем когда бы то ни было в прошлом. Иудеи и христиане вместе работают в проектах, направленных на упрочение социальной справедливости, и занимаются научными исследованиями веры друг друга. 18 октября, к примеру, Еврейская теологическая семинария провела торжество, посвященное пятидесятилетию Второго Ватиканского собора. Оратор говорил преимущественно о декларации «Nostra Aetate», вызвавшей революционные изменения в иудео-католических отношениях: она осуждала антисемитизм, отвергала обвинения евреев в богоубийстве и подчеркивала общие религиозные корни христиан и иудеев.

Неудивительно, что встречи иудеев и христиан в эпоху Возрождения, случавшиеся посреди частых расставаний и гонений, вызвали немного существенных перемен. Но даже сегодня иудео-христианский диалог не проходит гладко. В чем же тут проблема?

Отчасти, разумеется, в Израиле. В этом году накануне ежегодного иудео-протестантского круглого стола, призванного пропагандировать диалог об Израиле, пятнадцать руководителей основного течения протестантизма призвали Конгресс США пересмотреть вопрос об американской военной помощи еврейскому государству. Круглый стол в итоге отменили — еврейские лидеры, как политические либералы, так и консерваторы, отказались в нем участвовать.

Но еще одна проблема, решаемая легче, — чрезвычайно формализованная природа сегодняшнего иудео-христианского диалога. Возьмем упомянутый выше круглый стол, это случай типичный. Самозваная группа иудеев раз в год встречается с самозваной группой христиан. Если все проходит хорошо, большинство иудеев и христиан, никак не связанных с этими группами-участниками, о встрече даже не узнает. Участники договорятся о встрече на следующий год, и та пройдет с теми же результатами. Если же все пойдет плохо, по меньшей мере один еврейский участник скорее всего выступит в еврейской прессе. В результате освещение встречи разозлит христиан, в ней участвовавших, и вызовет тревогу у евреев, которых на ней не было, и они бы, с хорошей точностью, о ней никогда не узнали.

По другому расхожему сценарию, иудейские и христианские ученые, будь они теологами или же нет, устраивают конференцию — или пишут книгу, или делают и то и другое, — касаемо развития представлений о еврее-Иисусе или будущем иудео-христианских отношений. Ученые эти зачастую искренне хотят расширить горизонты друг друга на благо обеих религиозных общин. Но сколько людей за пределами академических кругов прочтут их писания или посетят их сборище? Даже если поучаствуют раввины, священники или проповедники — поделятся ли они потом результатами со своими паствами так, чтобы паствы все поняли?

Нынче, как и в эпоху Возрождения, миряне и неакадемические иудеи и христиане зачастую не имеют понятия о межконфессиональных встречах, призванных улучшить отношения между двумя этими сообществами. Они не избирают своих представителей — и могут даже не соглашаться со сделанным выбором. (Опрос 2009 года показал, что среди пресвитериан гораздо больше мирян, нежели священнослужителей, считают, что Америке важно сохранять близость с Израилем.) Теперь, как и тогда, «встреча» часто происходит в рощах академа, проводится на языке, недоступном не-ученым обоих вероисповеданий. Слишком поздно лечить иудео-христианские отношения эпохи Возрождения, однако знать, что те же дилеммы существуют и посейчас, может оказаться полезно. Грядущие встречи, глядишь, будут продуктивнее.

Источник: Jewish Ideas Daily. Адина М. Йоффи — доктор европейской истории Гарвардского университета, писатель и преподаватель. Живет в Нью-Йорке.


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе