Мне больше не нравится лечиться

"Кукольный дом", создатель Джосс Уидон

«Кукольный дом»
Dollhouse
США, 2009-2010
Создатель: Джосс Уидон
В ролях: Элайза Душку, Тамо Пеникит, Фрэн Кранц, Гарри Ленникс, Оливия Уильямс, Дичен Лэкмен, Энвер Джокай, Эми Экер, Саммер Глау

Кто я?
Ничего хорошего мы вам сообщить не можем. Вы сосуд, пустая скорлупа, оболочка. Мы знаем ваше имя, но предпочитаем не вспоминать. Вы его забыли еще раньше, так что ничего страшного. Вы отказались от себя — нельзя, конечно, утверждать, что мы предоставили вам выбор, но какая разница? Вы отказались от себя. Невелика потеря, честное слово. К тому же, это всего на пять лет.

Кто я?
Наш самый востребованный «актив», он же «кукла». На случай, если вы хотите задать вопрос о своем местонахождении, мы вполне готовы сообщить вам, что вы находитесь в Лос-анджелесском Кукольном доме. О вас тут прекрасно заботятся. На дворе 2009 год, если что.

Кто я?
Человек, поставленный на «паузу». Тело, лишенное всего, кроме примитивных инстинктов и общей доброжелательности. Ваша прежняя личность не имеет значения — вместе с застарелыми привычками, страхами и одержимостями она помахала вам ручкой и спряталась на жестком диске где-то в глубинах наших хранилищ. Пускай пока отдохнет. А мы тем временем будем программировать ваше мозговое электричество, и в ближайшие пять лет вы побываете тысячей разных людей. Бестолковой студенткой, байкершей, доминатрикс, верной женой, профессиональной переговорщицей, агентом ФБР под прикрытием, дорогой шлюхой, молодой матерью, умершей старухой, серийным убийцей, медвежатницей. В зависимости от предпочтений клиентов. У нас клиентоориентированный бизнес. Мы исполняем желания.

Кто я?
Эхо. Вас зовут Эхо.

Пустой человекоподобный сосуд бродит по Кукольному дому, мило улыбается, встречаясь с другими такими же пустыми людьми, убежденно, но без лишнего нажима говорит: «Я стараюсь быть лучшей». Плавает в бассейне, ходит на массаж, рисует. Прекрасное питание, полный комфорт, самосознание на нуле.

Рано или поздно придет твой куратор и скажет: «Эхо, тебе пора лечиться», — а ты в ответ просияешь: «Мне нравится лечиться». Потом тебя посадят в кресло, и через пять минут ты станешь другим человеком. Решив задачу, ублажив клиента, выполнив программу, ты послушно вернешься в Кукольный дом «лечиться» и еще через пять минут уже не вспомнишь, кем только что была. Очнувшись в кресле, увидишь немножко чересчур слащавого человека, спросишь: «Я что, уснула?» — и он ответит: «Ненадолго». Будущее полнится возможностями: завтра тебе предстоит новый день и новая личность. Процедура работает как часы. Все под контролем, в том числе любовь, ненависть, страхи и воспоминания. Мы работаем с электрическими импульсами, расчеты наши точны, а оборудование отлажено.

Где-то снаружи бродит незадачливый агент ФБР Пол Баллард — он ищет Эхо, ищет Кэролайн Фаррелл, которой Эхо была до Кукольного дома, но стоит Балларду заикнуться о Кукольном доме и о том, что там порабощают людей, коллеги крутят пальцем у виска. Торговля людьми, которые исполняют любое твое желание? Окстись, милый, не бывает такого. Ты бы еще Пряничный Домик поискал.

Где-то внутри бродят какие-то корпоративные шпионы, какие-то двойные агенты, а еще иногда внутрь проникает один маньяк. Чьи интересы все они представляют и чего добиваются, сразу не поймешь, но это и не важно: в мире, где тело меняет личности, как перчатки, а личность надевает разные тела с небрежным изяществом стриптизерши, уставшей после выступления, правда зыбка, доверие иллюзорно, граница между людьми весьма условна, а предательство возможно на каждом повороте — на следующем повороте оно, вероятнее всего, будет забыто ради очередного альянса.

Те, кто тебя окружают, внутри и снаружи, наблюдают за тобой — по разным причинам, — но ты этого пока не понимаешь. Ты «актив» — у тебя все хорошо, ты стараешься быть лучшей.

Довольно рано, впрочем, становится понятно, что программирование работает не вполне так, как ожидалось. Любую программу можно взломать, но мало того: в контакте с телом программа обретает собственную жизнь. Оставляет отпечатки в пустоте вычищенного мозга, где, казалось бы, нет ничего живого. Ты постепенно накапливаешь воспоминания. От одной изгнанной личности остается полуулыбка, от другой — чье-то полузабытое лицо, от третьей — «батюшки-светы» с бабьей интонацией. Агент под прикрытием, она же новоиспеченная жена криминального босса, посреди напряженной беседы с мужем вдруг называется именем личности, которую стерли много месяцев назад. В памяти отвязной девчонки, нанятой на уикенд для развлечения милого мальчика, при виде картинки из телевизора всплывает воспоминание о каком-то подвале, о беготне по коридорам, о выстреле, крови и смерти, неодолимое желание куда-то пойти сию же минуту, хотя куда именно надо идти — она не понимает. Внутри одной отдельно взятой головы мир дробится и усложняется до бесконечности. Тебе больше не нравится лечиться.

Есть вопросы, которые в Кукольном доме задавать не принято, и главный, самый неприличный вопрос: что происходит с душами «кукол»? Какие еще души? Мы работаем с электричеством. Но вопрос не отменяется, потому что пара «тело-личность» не равна паре «тело-душа» — это тройственный союз, и его элементы взаимодействуют сложным образом. Вот два тела, два актива — каждый сменил десятки личностей, и искренне, до последнего нейрона веря, сыграл десятки ролей. И однако же в этих двух пустотах зарождается любовь, и она выживает после десятков мозговых чисток. Где тут тела — и где личности?

Если угодно, это можно трактовать как доказательство существования души. Нефеш, руах, нешама — три основных элемента, по восходящей от животного к божественному, но они, в общем, неразделимы. Тело и нефеш — одно, нешама непостижима, руах соединяет их друг с другом. Может быть, руах пробуждается в «кукле» при первой процедуре в кресле, при переформатировании мозга под «активную архитектуру». А может быть, руах «актива» — божественный вирус, фактор хаоса, зародыш энтропии, каковая есть основа жизни, тайный ингредиент, который и скрепляет этот душевный конструктор. Три составляющие души расстаются после смерти, но все персонажи пока еще живы, а следовательно, препарированию — земному или божественному — не подлежат. Пока еще все едино, все цельно, но на навязчивый вопрос «кто я?» уже не ответишь, просто назвав имя, профессию, описав биографию, предъявив портрет. Посреди экшна, острот, стремительной смены декораций и обстоятельств, взрывного развития технологий, которое никогда не доводит до добра, вспышек чужих и собственных воспоминаний, интриг, мировых и корпоративных заговоров, сюрреалистических видений, апокалиптических пейзажей, стрельбы и общего головокружения «Кукольный дом» внезапно оборачивается историей о непознаваемости себя — и о приятии себя.

Обрывки воспоминаний в пустоте складываются в стройные системы, и постепенно, очень постепенно в голове сгущаются десятки личностей, которые когда-то бродили среди твоих нейронов, а потом были стерты якобы навсегда. Теперь их не стереть — они больше не уходят. Полуулыбка, «батюшки-светы», испанский язык, стрельба из лука, способность с разворота заехать кому-нибудь каблуком в челюсть, умение быть дурочкой, помешанной на тряпках, талант взламывать сейфы — все остается в тебе, сплетается, склеивается. Ты учишься переключаться между этими людьми, однажды побывавшими в твоем мозгу, потом учишься в пустоту себя принимать их всех одновременно, потом принимаешь и прошлую свою, уже почти забытую личность, воинственную идеалистку, которая умеет идти до конца и пошла до конца, — и тогда наконец на свет рождаешься ты. Нет больше Кэролайн Фаррелл, которая боролась с владельцами Кукольного дома и проиграла первый бой, и «куклы» тоже больше нет. Есть только ты, в тебе сотни людей, тебя зовут Эхо, и тебе предстоит война.

Потом война заканчивается, вокруг руины, в финале персонажи — вместе, надо полагать, со съемочной группой в полном составе — шагают дальше, к будущему, которое всегда под угрозой, а некоторые отправились в тартарары. Ты же потеряла слишком много, это необратимо, и на ближайшие годы ты заперта в подземелье. Впрочем, есть и плюсы в бездумном и неконтролируемом развитии технологий: личность — или душа, кому что нравится, — того, кого ты любила, теперь тоже поселилась в тебе целиком — со всеми его детскими травмами, воспоминаниями юности, неудачами, надеждами — с весьма приличным его багажом. Может быть, это значит, что пока личность умещается на жестком диске, невозможны ни доверие, ни любовь, ни счастье, но и одиночества не существует.


{{break}}

И другие истории без особой надежды:
Универсальные солдаты
Театральные актеры
Малолетние вампиры
Хорошие люди


     

     

     


    Комментарии

     

     

     

     

    Читайте в этом разделе