• Скандалист Виктор Шкловский

    21 ноября 2008

    Это именно Шкловский в феврале 1917 года вывел на улицы восставшего Петрограда броневой дивизион. Это именно он был назначен Временным правительством комиссаром на румынский фронт. Это именно он поднял там в атаку батальон, был ранен и награжден Георгиевским крестом, который вручил ему лично генерал Корнилов. Это именно он был направлен в Иран воевать с турками в составе небольшой русской армии.

  • Чай Святой Земли

    Некод Зингер 18 ноября 2008

    - Неужели целых шесть ложек? – изумляется госпожа Вайнгартен. – Да еще и «с гаком»?
    - Именно шесть «с гаком»! – подтверждает реб Вульф-Калман. – Главное условие хорошего чая – никогда не жалейте заварки. Так и детям вашим заповедайте: не жалейте заварки, сыны Авраама, Исаака и Иакова!
    - Но я не смею, - говорит хозяйка, - в присутствии самого Высоцкого заваривать чай. Извольте уж вы сами!

  • Ярость благородная

    Елена Римон 14 ноября 2008

    Выйдя из бомбоубежища, я продолжала разъяснять четырем студенткам эстетические взгляды Аристотеля. Со стороны это могло выглядеть очень возвышенным, но внутри мне было нехорошо. Страннее всего было то, что это чувство как-то относилось к бедуинке, хотя одновременно я понимала, что она тут совершенно ни при чем. Ну что, в самом деле, я ей буду теперь оценки снижать?

  • כ. Сцена у фонтана

    Библиотека / Фрикипедия, или Похождения Осколка Гила Лоран 12 ноября 2008

    Скажи на милость, экая мадонна!
    Моя взяла, однако, – молодцом!
    Шма Исроэл! Гордитесь мною, ребе!
    И решено: заутра двину рать.

  • Разговорчики в раю

    Сегодня 6 ноября 2008

    В мангеровском раю существуют, во-первых, классовые противоречия. Во-вторых, разврат: мало того, что у Давида есть законная супруга Вирсавия, любимая наложница Ависага и еще целый гарем, так он, старый снохач, клеится к своей невестке Суламифи… Шимен-Бер, спроваживающий на землю ангелов, которым суждено родиться людьми в нашем мире, – горький пьяница и драчун. Есть в раю и воры. И полиция. И армия. А как же иначе?

  • Джон Бойн. Мальчик в полосатой пижаме

    30 октября 2008

    Наблюдая за сотнями людей, занятых своим делом, он отметил, что все они - маленькие мальчики, рослые парни, отцы, дедушки, дядюшки и одиночки, бродившие сами по себе с таким потерянным видом, будто у них не было никаких родственников, - все они были одеты совершенно одинаково: серая полосатая пижама и серая полосатая шапочка на голове.
    - Очень странно, - пробормотал Бруно, прежде чем отойти от окна.

  • Новые подростки в старом городе, или Русское подполье Иерусалима

    Энт Вайс 23 октября 2008

    К началу девяностых ситуация кардинально изменилась: в советской стране вдруг стало необычайно интересно жить. Подпольные в прошлом рок-группы играли на стадионах. На рок-концертах в Питере скандировали "Рок принёс нам перестройку». Быть неформалом становилось все более модно. Но наши родители все видели по-другому - для них открылся долгожданный шлюз, и валить следовало неотложно.

  • Рада Полищук. Ничья бабушка

    Рада Полищук 16 октября 2008

    В местечке привычно шептались, обсуждая предстоящее событие, да как-то вяло, без азарта – зацепиться не за что: все как по маслу. Ни осудить, ни поплакать, ни посмеяться повода не было. Сарушку все любили, жених на хорошем счету, и обе мишпухи образцово-показательные, скулы сводит от перечисления всех достоинств и добродетелей.
    Скукота одна. Лучше бы помер кто, чем такая благопристойная свадьба.

  • Судный день в мемуарах XIX века

    Сегодня 9 октября 2008

    Накануне всякого поста я набивал свой желудок до nec plus ultra, желая задать моему деспоту такую египетскую работу, чтобы отбить у него всякую охоту к восприятию нового материала. Но это ни к чему не вело. Наутро мой волчий аппетит протестовал уже против принятого решения и вступал в ожесточенную борьбу с моей волей. Воля не сдавалась до обеденного часа.

  • Полина Венгерова. Воспоминания бабушки

    Вчера 9 октября 2008

    Чем темнее становилось во дворе, тем светлее становилось в комнатах. Когда взрослые возвращались из синагоги, на столе уже приветливо шумел самовар. Все были утомлены постом и молитвой, но никто не прикасался ни к еде, ни к питью; все терпеливо ждали, пока отец и остальные посетители синагоги умоются и причешутся – ведь утром это делать запрещалось.