Нина Горланова Вячеслав Букур

Мы супруги. И соавторы.
В центральных журналах опубликовали 9 повестей и роман, а также около 40 рассказов. Нас объединяет стремление поделиться своим теплом, верой в силу жизни. Мы пишем только о современности. Истории берем из своей жизни, из жизни или знакомых, друзей. Конечно, всех «маскируем» (блондинок делаем брюнетками, а высоких - низкими). Долго думаем, как изменить имя прототипа, чтобы никто его не узнал. Но сам-то он всегда себя узнает. И что? А тут два пути: либо он нас бросает, либо прощает. А были случаи, когда удивлялся, почему мы не сохранили настоящее имя. Наш прототип – самый непредсказуемый прототип в мире.
Мы до сих пор получаем письма от читателей, хотя с каждым годом все меньше. Наш читатель сейчас бедствует, ему надо выживать, некогда письма писать. Да и конверты дорогие. Но были времена, когда мы получали огромное количество писем. Это был просто праздник общения! За него-то мы и благодарны судьбе.

Картины Нины Горлановой.

 

  • Нина Горланова, Вячеслав Букур. Вайлеры

    Нина Горланова Вячеслав Букур 3 июля 2008

    - Сынку! А если вам в Израиль? Я ведь храню свидетельство о рождении твоей бабушки Софьи Абрамовны.
    - Так Прокопа мы не оставим одного. И представь: в кибуце он всем объяснит, что за фашистов был…
    - Справку оформить от психиатра.
    - Мама, мы не знаем, как врача вызвать. Он с такими ясными подробностями все вспоминает, что никакой сумасшедший не придумает. Спусковой крючок такой след оставляет на пальце, что он боялся месяц на работу устраиваться!

  • Помолвка

    Нина Горланова Вячеслав Букур 12 июня 2008

    Иногда Илью Михайловича Ольховича охватывала чисто русская мечтательность: вдруг откуда-то в Перми образуется еврейский олигарх, который тотчас начнет сватать своего сына за его Эвелиночку. И что у зятя (вот он, уже тут стоит!) барственность, как у молодого Ширвиндта, а капиталы – как у пожилого Ротшильда. Или хотя бы наоборот.
    И вдруг - вместо намечтанного зятя ходит оживший землемерный инструмент, худой, нескладный, нищета, без отца. Эвелине уже прочно голову задурил: будто бы в общежитии у него гантели, турник, пятьдесят раз подтягивается.